Кабмин подготовил проект изменений в Налоговый кодекс, которые сами чиновники гордо именуют налоговой реформой. Но при внимательном изучении инициатив правительства становится понятно, что для долгожданных кардинальных перемен понадобится не одна такая «реформа».
Очень скромное предложение
2015-й мог стать годом коренного реформирования украинской системы налогообложения, в чём давно нуждаются малый и средний бизнес. Мог, но не стал. Реформа остановилась из-за наличия двух принципиально разных ее проектов: одного — правительственного, другого — авторства группы депутатов во главе с Ниной Южаниной, председателем налогового комитета Верховной Рады. Ни одна сторона за год так и не смогла взять верх — принципиальных изменений система налогообложения не получила. В 2016 году Кабмин, в частности Минфин, и парламентарии вроде бы смогли сесть за один стол для создания единого компромиссного проекта реформы.
И вот в начале августа министр финансов Александр Данилюк презентовал проект масштабных изменений Налогового кодекса для внесения в Верховную Раду в сентябре. Но не исключено, что рассматривать по существу этот документ парламентарии будут под Новый год, как это было в прошлом году с госбюджетом и другими изменениями в фискальной политике.
Чиновники Минфина, представляя свой законопроект, используют формулировку «налоговая реформа». Но это скорее дань прошлогодним горячим дискуссиям вокруг фискального законодательства. Тогда действительно веяло «ветром перемен». Итоговые (на данный момент) предложения исполнительной власти слишком «скромны», чтобы называться реформой.
Перемена имён слагаемых
Итак, нетронутыми остались основные принципы налогообложения и фискальная нагрузка, вызывавшая и продолжающая вызывать нарекания после небольшого уменьшения ставок налогов на фонд оплаты труда. Ни налог на доходы физических лиц (НДФЛ), ни единый социальный взнос не пересмотрены. (И вряд ли будут пересмотрены — на их размере уже строятся расчёты по будущей пенсионной реформе). Налог на прибыль получил лишь косметические изменения.
Большинство же пунктов «реформаторского» законопроекта посвящены администрированию существующих налогов. Так, Государственная фискальная служба передаст вышестоящей структуре — Министерству финансов — львиную долю своих функций: ведение баз данных налогоплательщиков, утверждение форм отчётности, создание нормативных документов и разъяснение законодательства в фискальной сфере, возмещение НДС и т. д. В целом для ГФС останутся лишь задачи обслуживания и собственно сбора налогов.
Анонсированная ликвидация налоговой милиции произойдёт… вместе с созданием финансовой полиции, подчинённой уже Минфину. Перевод управления силовым органом на более высокий уровень, возможно, позитивно скажется на его работе. Но пока о принципах организации финансовой полиции известно мало, почти ничего: ни будущая кадровая политика, ни ключевые отличия от существующей милиции даже не задекларированы правительственными чиновниками. Это вызывает закономерные опасения, особенно после проваленных реорганизаций и «перезагрузок» других силовых ведомств.
Дорогу индивидуалам!
Впрочем, в правительственном проекте есть норма, которая однозначно позитивно будет встречена по меньшей мере микробизнесом. Индивидуальная предпринимательская деятельность с оборотом до 400 тыс. грн в год не будет требовать регистрации субъекта предпринимательской деятельности, и такой предприниматель сможет вместо НДФЛ уплачивать фиксированный налог в 10 % от минимальной заработной платы. На данный момент это около 145 грн в месяц.
Кабмин предлагает также установить налоговые каникулы до 5 лет для нового бизнеса с годовым оборотом до 3 млн грн. С одной стороны, такое требование неоднократно озвучивали адепты быстрого роста малого и среднего бизнеса: для начинающих предпринимателей это отличное подспорье для старта. С другой стороны, в целом в бизнес-среде правительственную инициативу восприняли неоднозначно: предприниматели опасаются, что она лишь спровоцирует перерегистрацию старых предприятий под новыми юридическими именами.
Дожить до рассмотрения
Ряд предложенных Минфином изменений будет касаться налога на прибыль. Однако, обсуждая предполагаемую реформу, и бизнесмены, и эксперты говорили о необходимости отмены это налога. А точнее — замены его налогом на распределённую прибыль, который позволяет не платить в бюджет за средства, остающиеся в компании, например, в виде инвестиций. На практике эта законодательная новелла помогла бы детенизировать те заработки предприятий, которые сейчас «оптимизируются», списываются через фиктивные расходы и т. д. В свою очередь выведение из тени означает так или иначе пополнение бюджета и ликвидацию целого сектора коррупции.
Такой налог вводится в мире повсеместно. Близкую Эстонию вообще приводят в пример использования налога на распределённую прибыль.
О возможности введения этого налога говорил буквально летом в одном из интервью сам Александр Данилюк. Неоднократно говорила даже не о возможности — о необходимости такого нововведения Нина Южанина. Но в итоге в данном вопросе значительных подвижек также не произошло.
Опыт прошлых лет показывает, что радикальные изменения в фискальное законодательство парламент вносит неохотно: инициативы исполнительной власти или коллег-депутатов редко доживают до рассмотрения в парламентском зале. А если и доживают, то могут измениться до неузнаваемости под давлением различных групп лоббистов.
Zavarnik