За год до окончания Второй мировой войны состоялась международная Бреттон-Вудская конференция экономистов и финансистов. Несмотря на последующие кризисы и неоднократный пересмотр итогов этой встречи, именно она заложила основы той валютной системы, которая существует в мире по сей день.
Встреча с подтекстом
72 года назад, 1 июля 1944 года, в Европе ещё бушевала мировая война. Шли бои за окончательное освобождение Беларуси и Украины, прошёл всего месяц с высадки союзников в Нормандии. Но сильные мира сего понимали, что странам «оси» не устоять и после победы мир придётся обустраивать по-новому.
В этот день на американском курорте началась встреча представителей 44 государств — членов антигитлеровской коалиции. Цель Бреттон-Вудской конференции — установить будущие правила финансовой и экономической мировой системы. Эти правила должны были возродить и упростить международную торговлю, дать максимальные возможности для восстановления государств после войны, увеличить стабильность национальных экономик.
Но кроме заявленных — бесспорно необходимых миру задач у конференции был и ещё один важный подтекст, если можно так назвать очевидные обстоятельства. На тот момент США уже были супердержавой: военная мощь позволяла вести сражения на разных континентах «за себя и за того парня», экономика позволяла кредитовать и снабжать союзников. Политический авторитет Вашингтона был неоспорим, особенно в свете утраты Британией своего влияния в мире. Поэтому Бреттон-Вудская конференция должна была каким-то образом зафиксировать лидерство Штатов.
Союзники-должники
И Вашингтону это удалось без особых проблем. Первый потенциальный оппонент — СССР — занял пассивную позицию, не выдвигая своих предложений, что, согласитесь, странно для государства с революционными взглядами на экономику. Советская делегация просто подписала итоговые документы (впоследствии, в отличие от других стран, СССР эти документы не ратифицировал). Этому находят самые разные объяснения, но не будем забывать, что в военные годы Советский Союз находился ровно в том же положении, что и иные гости Бреттон-Вудса, то есть был заёмщиком Штатов на миллиарды долларов и покупателем американских товаров: не только консервов или «студебеккеров» по ленд-лизу, но и станков, самолётов, танков, кораблей, стратегического сырья.
Вторым значимым оппонентом Вашингтона мог стать Лондон. В составе британской делегации в конференции принимал участие Джон Кейнс, именем которого названо целое течение в экономике. Соглашение должно было открыть путь к глобализации экономики, снижению барьеров между странами, и Кейнс со свойственным ему размахом предложил создать общемировой банк и международную валюту «банкор», которая станет эквивалентом золота. Формально предложения Великобритании и лично Кейнса были отвергнуты, однако впоследствии мир увидел и глобальный центробанк, и глобальную валюту, только с приставкой «квази-».
Поминки по золоту
Предсказуемо на переговорах верх взяли американцы. В Бреттон-Вудсе были достигнуты соглашения по правилам международной торговли и финансовых отношений, созданы Международный банк реконструкции и развития (ныне Всемирный Банк) и МВФ. Последние должны были способствовать поддержанию стабильности в тех уголках планеты, где возникали экономические проблемы. В уставных документах этих международных структур изначально было заложено привилегированное положение США, которое остаётся неизменным до сих пор. Курсы валют были жёстко закреплены; позволялись колебания на 1 %.
Но главный итог конференции, главная деталь установившейся системы — экспансия американского доллара. Формально на этой встрече экономисты всего мира подтвердили существование «золотого стандарта» — обеспечения национальных валют золотым запасом, но фактически произошло противоположное: «золотой стандарт» был похоронен. Независимые государства условились: во-первых, обеспечен золотом должен быть доллар США (по курсу $35 за 1 тройскую унцию), а остальные национальные валюты могут быть обеспечены не золотом, а долларом; во-вторых, наравне с золотом в международных расчётах мир может использовать «зелёных президентов».
Таким образом, практически все государства не просто признали лидерство американской экономики и свою лояльность к Вашингтону, но и получили отличные на первый взгляд инструменты взаимодействия: валюта была удобнее для транзакций и хранения, объёмов золота, в отличие от банкнот, не хватало для потребностей быстро растущей мировой экономики.
Уход по-французски
Несмотря на единство 44 делегаций, в райское «золотовалютное» будущее верили далеко не все современники Бреттон-Вудского соглашения. Генри Хэзлитт, известный экономист и журналист, так усердствовал в разгроме конференции, что поплатился за это местом в New York Times. Критики системы ставили под сомнение не мелкие нюансы, а саму суть изменений. Валюта в качестве дублёра золота и твёрдые обменные курсы хороши до тех пор, пока все действуют по правилам, пока не наступают масштабные кризисы и… пока никто не меняет валюту на золото. Точно так и любая финансовая пирамида близка к идеалу, если только не пытаться вывести из неё деньги.
И у Бреттон-Вудской системы вскоре начались проблемы. Национальные экономики «отказывались» расти равномерно, и это делало бессмысленными твёрдые курсы валют. Страны впадали в кризисы и развязывали разрушительные войны. Доллар, который должен был стать оплотом нового мироустройства, девальвировал и терял доверие. Кроме того, «пользуясь случаем», многие государства спешили обменять бумажную или виртуальную американскую валюту на реальное золото. За 20 лет золотые запасы США уменьшились вдвое!
Особенно усердствовала в этом вопросе Франция де Голля, которая уже в первой половине 1960-х ежегодно вывозила из Нового Света слитки на сотни миллионов долларов.
Американский гамбит
Такая ситуация не устраивала в первую очередь американцев: сами вроде бы придумали систему, а теперь теряем золото и беднеем. Не был доволен и остальной мир: обещали стабильность и благополучие, но ничего этого нет. Объективные данные говорили, что 1970-е Бреттон-Вудская система не переживёт: США устанавливали искусственные ограничения обмена своей валюты на золото, но резервы всё равно таяли. И точка вскоре была поставлена. В 1971 году американский президент Ричард Никсон официально заявил, что больше «зелёных президентов» на драгоценный металл его страна не меняет. Стоит ли говорить, какой скандал это вызвало?
В 1973 году состоялась Ямайская международная конференция. По её итогам был полностью отменён золотой стандарт; банковское золото было признано практически обыкновенным товаром, которым можно свободно торговать; валютные курсы получили свободу и начали формироваться рынком, спросом и предложением. С этого времени принято вести отсчёт Ямайской валютной системы, сменившей Бреттон-Вудскую.
Крах договорённостей 1944 года дал возможность позлорадствовать очень многим: голлистам, антиглобалистам, активистам с антиамериканскими и антикапиталистическими взглядами, экономистам-либертарианцам. Ещё бы: наглядно была показана опасность не обеспеченных денег, жёсткого регулирования… К тому же империя едва не рухнула, сама выкопав себе яму.
Или всё-таки нет?!
Потеряв огромные запасы жёлтого металла, США успели «заразить» мир настоящим культом доллара. Даже те, кто хотел выйти из Бреттон-Вудской игры, не могли себе позволить полный отказ от «зелёных»: те всё равно были нужны для расчётов с другими, менее принципиальными государствами. «Хотите сидеть на золоте — пожалуйста! Но на улицах ваших городов с улыбкой принимают нашу валюту, а значит мы выиграли». Серо-зелёный прямоугольник с портретом Бенджамина Франклина будет принят в любом уголке мира, причём подданные какого-нибудь кровавого антиамериканского диктатора будут рады этой купюре, пожалуй, даже больше самих американцев. То есть на доллары можно покупать везде. А Ямайская система «очень кстати» фактически легализовала печать этой валюты в неограниченном количестве, отменив привязку к золоту.
Справедливо недоверие к ничем не обеспеченной валюте, разошедшейся по миру. Справедлива критика США, чей внешний долг ещё 5 лет назад превысил ВВП. Но тем не менее всё работает: печатный станок даёт наличность, которая становится особенно востребованной… в периоды кризисов!
Непримиримый критик Бреттон-Вудской системы Генри Хэзлитт писал в книге «Экономика за один урок»: получатель кредита в банке на самом деле уже имеет необходимые средства, но только в виде залогового имущества и своей репутации; в банке он лишь временно меняет эти средства на конвертируемую валюту. Так, может, по этой же логике, и американский доллар не так уж и «пуст»? Он обеспечивается не банковским золотом, но авторитетом Госдепа, силой армии и флота, Голливудом, «американской мечтой», мощнейшей национальной экономикой…
Поэтому в следующий раз, — а это, поверьте, произойдёт очень скоро, — услышав классическую фразу «А в долларах это сколько?», стоит задуматься: а действительно ли Бреттон-Вудские соглашения провалились?
Zavarnik