НБУ стал жёстче требовать от банков контроля за денежными операциями клиентов. Это касается безналичных операций, а также снятия крупных сумм наличными, если это вызывает подозрения. Кто и почему может заинтересовать службу финмониторинга банка?
В этом году НБУ начал прессовать банки требованиями по усилению контроля за операциями клиентов. Нельзя сказать, что раньше он смотрел на это сквозь пальцы. Но 2016 год стал урожайным на всяческие новшества от регулятора в сфере финмониторинга. Все они в той или иной степени жёсткости предписывали банкирам тщательнее контролировать транзакции по платежам (особенно по картсчетам), а в отдельных случаях блокировать их. Кроме того, финучреждения обязаны определять экономическую целесообразность операций (!) и есть ли у клиента финансовые возможности для их проведения.
Главные цели, которые преследует НБУ, — выявить нелегальные доходы и пресечь операции с незаконно заработанными деньгами. Плюс в свете последних лет — не допустить финансовой подпитки террористов различного пошиба. Ну и, конечно, регулятор стремится постепенно минимизировать операции с наличностью, ведь около 70 % операций с картами — элементарное снятие наличных.
Впрочем, финмониторингу подлежат не все операции, а только те, которые определены законодательством и документами НБУ. Это операции на сумму свыше 150 тыс. грн, всяческие «возвратные» финпомощи, переводы на картсчёт больших сумм клиентам, которые по своему социальному статусу не могут оперировать значительными средствами (пенсионеры, студенты, безработные и т. п.) и ряд других. Попадают под микроскоп служб финмониторинга и операции недавно зарегистрированных компаний или таких, финансовые обороты которых не соответствуют их виду деятельности.
Хотя небольшие суммы и не мониторятся, но если клиент делает за день несколько десятков операций, например, по 200–500 грн, то им заинтересуются обязательно. Такие операции могут быть частью мошеннических схем или каналов по отмыванию денег. Поэтому банк вправе и обязан заблокировать их и уведомить Госфинмониторинг в установленном порядке.
Впрочем, если по какой-то причине банк заблокировал вполне законную операцию, переживать не стоит. Разблокировать деньги можно, если есть возможность доказать их легальное происхождение. Правда, соответствующее решение принимает уже не банк, а НБУ.
В неофициальных беседах банкиры сознаются, что, несмотря на наличие многих нормативных документов по финмониторингу, чётких параметров признания операции подозрительной у них нет. Поэтому в большинстве случаев решение о блокировании операции или отказе в её проведении принимается, исходя из внутрибанковских правил, а также того, насколько банк владеет информацией о клиенте.
Вне сомнений, со временем уровень мониторинга финансовых операций клиентов будет только усиливаться. Прежде всего это направлено на вывод из тени огромных сум и вливание их в реальный сектор, и желательно — в безналичном виде. К тому же ужесточение контроля за оборотом финансов хорошо стыкуется с давними намерениями фискалов применять для определения доходов так называемые косвенные методы.
Так что в свете борьбы со всевозможными злодеями и просто уклонистами от налогов НБУ и дальше будет делать ставку на тотальный контроль над операциями населения и бизнеса. Будем бдительны!
Zavarnik