На прошлой неделе в режиме «внезапной секретности» и под личным контролем Владимира Гройсмана Кабмин внепланово решил «тарифный вопрос»: отложил повышение цены на газ для населения с 1 апреля до 1 июня. В чем причина такого «великодушия»? И зачем Гройсману дразнить МВФ, который не даст кредит без выполнения двух требований: удорожания газа и создания Антикоррупционного суда? Скорее всего, обещанного кредита в мае не будет. Поэтому с газом можно и не спешить...
Мы уже писали, что Владимир Гройсман почему-то зациклен именно на цене газа для населения. Ни астрономические тарифы на отопление и горячую воду, ни рост цен на продукты питания, лекарства и бензин его не беспокоят настолько, как газ. Он вцепился в него мертвой хваткой и категорически не желает уступать требованию МВФ уравнять внутренние потребительские цены с импортом, что соответствует повышению тарифов приблизительно на 30%.
Еще в октябре цена газа должна была вырасти на 17,6%. Это являлось одним из ключевых “маяков” меморандума с МВФ, под выполнение которого Украина в апреле прошлого года получила транш в $1 млрд. Но Кабмин отложил тогда публикацию цены природного газа на уровне так называемого импортного паритета (как того требовал МВФ) до 31 марта 2018 года. И в результате мечты о новом транше в начале 2018 года были разбиты в пух и прах.
В феврале для проведения, как было сказано в информации для СМИ, “технических переговоров с правительством по спорным вопросам” к нам приезжала миссия МВФ. К ее визиту Министерство энергетики и угольной промышленности подготовило очередной проект компромиссного постановления, по которому повышение цены на газ с 1 апреля должно было составить не 30% и даже не 17%, а всего лишь 8,3%.
Если верить «РБК-Украина», за почти девять месяцев, пока премьер убеждает МВФ пересмотреть формулу расчета цены на газ таким образом, чтобы избежать резкого удорожания топлива, наши изобретательные чиновники придумали шесть новых вариантов расчета стоимости. Но ни один из них МВФ не одобрил.
Такая же история имела место и в феврале. В Фонде снова заявили, чтобы мы не фантазировали и просто установили рыночную цену для всех категорий потребителей с 1 апреля, когда закончится действие спецобязательств НАКа.
Есть несколько версий, почему Гройсман так сконцентрировался на вопросе “газовых тарифов”. Первая – политическая. Он собирается муссировать эту тему в своей предвыборной риторике во время парламентской гонки 2019 года. Причем, даже если его уволят, будет аргумент – “я отказался повышать цену на газ”
Для справки. Специальные обязательства (ПСО) НАК "Нефтегаз Украины" по продаже природного газа для нужд населения были установлены постановлением №187 от 22 марта 2017 года. ПСО подразумевают обязательства НАКа, ПАО "Укргазвыдобування" и ПАО "Черноморнафтогаз" в отопительный период безоговорочно продавать газ для нужд населения по “льготной” цене 4942 грн. за тыс. кубометров.
При этом цена газа для бытовых потребителей не эквивалентна рыночной, а рассчитывается по загадочной формуле “с учетом стоимости газа на европейском хабе”. И в ней есть лукавство: 4942 грн. – это лишь база. Полная стоимость с учетом НДС, платы за транспортировку и других расходов достигает 6958 грн. за тыс. кубометров.
При этом разница со стоимостью промышленного газа не такая уж и радикальная: до 1 апреля 2018 года “Нефтегаз” отпускал его потребителям по 7896 грн. за тыс. кубометров (с НДС). А с 1 апреля тарифы выросли на 9,8% – до 8670 тыс.
По сообщению пресс-службы НАКа, указанная цена актуальна для потребителей, закупающих газ по предоплате в объеме более 50 тыс. кубометров в месяц при условии отсутствия долгов перед компанией и для 100%-х "дочек" НАК. Для других покупателей цена возрастает на 7,4% (на 654 грн.) – до 9543 грн. за тыс. кубометров
Не менее любопытно, что в начале своего премьерства Гройсман заявлял, что разница цен на газ для населения и для промышленности создает “поле для жесткой коррупции”, на которой “разные люди при этих делах” заработали десятки и сотни миллиардов.
Не так давно эту цитату Гройсмана от 21 апреля 2016 года напомнил читателям экономический эксперт Виктор Скаршевский в своем блоге на LIGA.net. И заметил, что “премьеру таки надо определиться, он умный или красивый”. Он за унификацию тарифов для промышленности и населения, на чем, кстати, настаивает и МВФ, или против? И почему его мнение так резко изменилось в течение года?
Есть несколько версий, почему Гройсман так сконцентрировался на вопросе “газовых тарифов”. Первая – политическая. Он собирается муссировать эту тему в своей предвыборной риторике во время парламентской гонки 2019 года. Причем, даже если его уволят, будет аргумент – “я отказался повышать цену на газ”.
Кроме собственно цены, газ привлекает пиарщиков Гройсмана как широкое поле для обсуждения. С отоплением и даже электричеством так не “поиграешь” громкими обещаниями, как с газом. Вот лишь несколько фраз, из недавних выступлений премьера:
Если пропрезидентские силы “раздуплятся” под давлением МВФ с Антикоррупционным судом, то правительство с июня повысит тарифы на газ для населения. Если нет, то может отложить повышение снова и продолжить пиариться на этой теме. Все равно кредита от МВФ без суда мы не получим. Как и без газа. Зачем Гройману суетиться?
1) “В этом отопительном сезоне не будет повышения цен на газ для населения...”;
2) “Украина в течение нескольких последующих лет выйдет на полное обеспечение собственным газом...”;
3) “Мы начнем системное снижение цен на газ в 2019 и 2020 годах";
4) “Украина может сократить потребление газа еще на пять миллиардов “кубиков”. Прогноз на 2022 год – минус 13 млрд...” (это пост в Facebook).
Вторая версия – экономическая. Если бы действие спецобязательств НАКа не продлили до 1 июня, это потащило бы вверх тарифы на тепло и другие коммунальные услуги. Что в свою очередь привело бы к увеличению бюджетных расходов на выплату субсидий на 15-20 млрд. грн. Которые в бюджет не заложены.
Версия третья – МВФовская. Программа МВФ заканчивается в марте 2019 года. Из $17,5 млрд. мы пока получили только $8,5 млрд. И почти все потратили на выплату предыдущих займов. Такая же судьба ждет и транш в $1,9 млрд., на который мы рассчитываем в мае.
Или не рассчитываем. Все зависит от выполнения основных требований, среди которых – повышение тарифов на газ и создание Антикоррупционного суда. Оба требования взаимосвязаны. Другими словами, если тарифы повысят, но суд но учредят, денег все равно не будет.
Депутаты полны оптимизма. И обещают за восемь рабочих дней в апреле принять закон об Антикоррупционном суде. Представитель президента в Верховной Раде Ирина Луценко уточняет, что за законопроект во втором чтении проголосуют уже в конце апреля. Или хотя бы до начала мая. Международный валютный фонд свою очередь знает, что доверять депутатам нельзя, поэтому говорит, что подумает о выделении транша до конца мая. Такое заявление сделал глава представительства МВФ в Украине Йоста Люнгман.
“До сих пор некоторые параметры не выполнены – принятие закона о независимом антикоррупционном суде, реформа энергетического сектора и обеспечение фискальной политики, которая была бы направлена на достижение целей программы. Если украинские власти смогут добиться быстрого прогресса в решении этих вопросов, то четвертый пересмотр программы будет закончен к маю”, – заявил г-н Люнгман.
Ну, а где заканчивается май, там начинается и 1 июня. Если пропрезидентские силы “раздуплятся” под давлением МВФ с Антикоррупционным судом, то правительство с июня повысит тарифы на газ для населения. Если нет, то может отложить повышение снова и продолжить пиариться на этой теме. Все равно кредита от МВФ без суда мы не получим. Как и без газа. Зачем Гройману суетиться?
Версии