Среди политических экспертов, которые присутствовали на европейских политических дебатах, прошедших на прошлой неделе в Харькове, был и Алексей Власов, директор информационно-аналитического центра по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве МГУ.
Корреспондент «Жизни» поинтересовался мнением одного из ведущих политологов России по ряду актуальных вопросов.
Украинский путь
Как вы оцениваете путь, который проходит Украина?
В Украине происходят довольно-таки противоречивые процессы, и их результаты можно будет оценить только в 2012 г. Многое зависит от экономической ситуации. Если правительству удастся удержать «социалку», то, я думаю, что реформы будут успешными. Если произойдет обострение социальных проблем в стране, тогда никакие реформы, как мне кажется, просто не дадут довести до конца. Президент и правительство будут действовать в русле тактических решений.
Сегодня же Янукович укрепляет свои региональные позиции и формирует новую управленческую элиту. Этим он в каком-то смысле идет по тому пути, по которому Россия прошла в первый президентский срок Путина. Но в остальном у вас несколько иные политическая культура и строение общества, потому полностью скопировать российский путь невозможно, да и не нужно по большому счету.
Двусторонние взаимоотношения
В ближайшее время Украина и Россия могут подписать новое газовое соглашение. На какие уступки пойдет Киев ради снижения стоимости голубого топлива?
Не берусь комментировать механизм согласования цен на газ. В этот раз переговоры проходили в такой атмосфере закрытости, что никакого инсайда даже не было – ни для экспертов, ни для журналистов. Однако, я думаю, газовой войны не будет.
Почему переговоры идут так долго?
К сожалению, элиты России и Украины пока относятся друг к другу с подозрением. Это видно и по окружению Януковича. Но и у нас тоже многие пользуются алармистским подходом: «Украинская элита постоянно смотрит на Запад, пытается обмануть Россию». Смотрят туда, где выгодно. Сделать Россию выгодным партнером – вот наша задача №1.
Насколько повлияет на отношения стран строительство газопроводов в обход Украины?
Мы строим Южный поток, потому транзитная роль Украины в ближайшем будущем может упасть, но это если рассуждать по принципу игры с нулевой суммой возможностей (термин в теории игр, означающий то, что выигрыш одного игрока автоматически означает проигрыш другого. – Прим. автора.). А если размышлять в стратегиях win-win (принцип в конфликтологии, согласно которому должны выиграть все стороны сделки. – Прим. автора.), тогда мы должны ориентироваться на то, какие конкурентные преимущества получаем от взаимного сотрудничества. И в этом плане главный ресурс – объединение экономического и углеводородного потенциала России с человеческим капиталом, аграрным сектором и транзитным потенциалом Украины.
«Надо отказаться от практики, когда российские эксперты и политики приезжают в Украину и начинают навязывать украинскому политикуму свое видение ситуации».
Экономические союзы
Один из форматов такого объединения – Евразийский союз. Насколько жизнеспособна его концепция?
Это надо обсуждать. Он жизнеспособен, безусловно, для России, Казахстана, Белоруссии, а также некоторых стран Центральной Азии – Киргизии, например. Я только что вернулся оттуда. Страна живет за счет реэкспорта китайских товаров, и вхождение в Евразийский проект для нее будет проблемным. Но 90% населения – за интеграцию с Россией. Это чисто психологический момент.
В Украине другое. Возможно, можно найти резоны для более активного развития экономических, социокультурных и гуманитарных контактов с Россией, однако украинцев надо убеждать. Население страны в лозунги не верит.
Не очень понятно, то ли Россия виновата, поскольку не пытается предложить украинскому политикуму и украинскому обществу хотя бы обсудить данный вопрос. То ли обсуждение блокируется искусственно, и политическая элита Украины, по большому счету, не заинтересована в том, чтобы вообще эту тему поднимать. Я не знаю, какой из вариантов правильный, но мне кажется, или первый, или второй.
Возможно, скепсис украинцев обусловлен тем, что Россия инициировала создание нескольких экономических форматов сотрудничества на постсоветском пространстве (ЕврАзЭС, Таможенный союз, ЕЭП, Евразийский союз, Зона свободной торговли в рамках СНГ), однако ни один из них не заработал в полную силу?
Цепочка ЕврАзЭС – Таможенный союз – ЕЭП – Евразийский союз – непрерывна. ЕврАзЭС – более широкий формат, туда входит Таджикистан, с ним сотрудничает Армения, не являющаяся участником Евразийского проекта. Таможенный союз – четырехсторонний формат, куда сейчас присоединилась Киргизия. ЕЭП пока трехсторонний формат – Россия, Казахстан, Беларусь.
«Если правительству удастся удержать «социалку», реформы будут успешными. Если же нет – произойдет обострение социальных проблем, и никакие реформы довести до конца не дадут».
Но также и в Евросоюзе есть Восточное партнерство, есть отношения с Турцией, которая стучится в двери Евросоюза, однако не является членом Евросоюза. Уже не так, кстати, и стучится. Так что это не смена вывесок, а просто разноформатные площадки, помогающие адаптироваться тем, кто сейчас экономически слабее, к союзу более успешных государств.
Но вопрос об Украине – ключевой. Я глубоко убежден в том, что выбор интеграционных трендов Украины очень важен для России, ведь соединение наших потенциалов открывает совершенно другие окна возможностей. А если мы будет заниматься выстраиванием друг против друга экономических берлинских стен, то это будет минус и России, и Украине.
Не поспешил ли Владимир Путин, отходя от экономических форматов объединений к политическим, как в случае с Евразийским союзом?
Вы знаете, Путин четко понял, что возник вакуум идеологии, и проект Евразийского союза апеллирует к идеологемам, т.е. необходимости заполнения вакуума идеологии какой-то идеей. Идея – неконфликтная евразийская интеграция, как часть более общего процесса движения постсоветского пространства в Европу. Это не противоположность интеграции, скажем, Украины и Евросоюза, а взаимодополняющий момент: давайте интегрируемся вначале в масштабах постсоветского пространства, а затем выстроим более эффективные, более равноправные отношения с Европой, тем более, я не уверен, в каком виде будет ЕС через два-три года.
Европейский вектор
А как может трансформироваться Евросоюз?
Сегодня Грецию, а также Испанию, Италию, Португалию буквально насильно удерживают в Евросоюзе и еврозоне, хотя прекрасно понимают: страны живут не по средствам, не соответствуют стандартам Евросоюза. Брюссель делает хорошую мину при плохой игре, хотя осознает, что Англия, Германия и Франция – это те три «кита», на которых все европейское пространство по большому счету и строится.
Однако нужен ли «китам» такой балласт?
Большой вопрос! Рано или поздно любой налогоплательщик в Германии может спросить на выборах претендентов на пост канцлера: «А вообще говоря, почему я должен кормить греков, которые хотят получать большие пенсии, большие социальные дотации и большие зарплаты, однако не производят конкурентоспособного продукта?»
Все говорят: «Украина интегрируется в Евросоюз», но насколько велики будут издержки от вхождения Украины в европейское пространство? Не политические издержки, экономические. Все надо считать: какие выгоды дает Евразийский экономический союз и насколько Украина готова сломя голову двигаться в европейское экономическое пространство. В качестве кого и в качестве чего.
Надо вообще, мне кажется, отказаться от практики, когда российские эксперты и политики приезжают в Украину и начинают навязывать украинскому политическому классу свое видение ситуации. Сейчас мы предлагаем обсудить, предлагаем диалог. А диалог предполагает равноправие. Мне кажется, сейчас наступает момент, чтобы всерьез этими темами заняться.
Иван БУХТИЯРОВ