Во вторник, 16 сентября, в Страсбурге и в Киеве состоялась одновременная ратификация Европейским парламентом и Верховной Радой Украины соглашения об ассоциации между Украиной и Евросоюзом. Соглашение войдет в силу с 1 ноября этого года. В связи со столь примечательным событием было произнесено немало высокопарных слов и высказано немало надежд ожиданий по поводу европейского будущего Украины. В тени, однако, остался тот факт, что ратификация относится только к политической части соглашения. А вот применение его экономической части отложено на долгие 15 месяцев.
Отложенная экономическая часть
Оказывается, Украина, ЕС и Россия чуть раньше договорились отложить его применение до начала 2016 года. Как объявил 12 сентября еврокомиссар по торговле Карел де Гюхт,это связано с отсрочкой вступления в силу соглашения о свободной торговле между Украиной и Евросоюзом, против которого выступала Россия.
Ранее в тот же день президент Украины Петр Порошенко, после встречи с главой Еврокомиссии Жозе Мануэлом Баррозу, попросил ЕС об отсрочке снижения таможенных пошлин для европейских товаров при доступе на украинский рынок. При этом Порошенко подчеркнул, что отсрочка понижения таможенных пошлин не противоречит соглашению об ассоциации.
Глава Минэкономразвития России Алексей Улюкаев заявил, что Россия не будет вводить пошлины для Украины до декабря 2015 года. «Пока мы нашли такую форму: 15 месяцев мы будем продолжать диалог, будем предлагать наши аргументы, наши коллеги будут отвечать своими аргументами», — пояснил министр экономического развития России Алексей Улюкаев. По его словам, в случае, если данная договоренность будет нарушена, Россия применит защитные меры.
Министр напомнил, что Москва ранее предлагала Украине хотя бы временно отказаться от либерализации наиболее чувствительных позиций, который составляют 27% импорта с Украины в Россию (144 тарифные линии в сфере пищевой промышленности, химии и нефтехимии, машиностроения и др.). Также Россия настаивала на том, чтобы украинские предприятия имели право выбирать между европейскими стандартами и стандартами СНГ.
На пороге экономической катастрофы
Почему Киев пошел на более чем годичную отсрочку введения в действие экономической части соглашения? В памяти украинского истеблишмента, разумеется, отложился опыт «успешного» вступления в ВТО, когда все спорные вопросы решались не в интересах Украины, а ради иррационального стремления стать членом этой сомнительной организации раньше России.
В результате средняя ставка конечного связанного уровня украинских тарифов составляет 11,6% для сельскохозяйственных продуктов и 4,85% для промышленных товаров, являясь самой низкой среди стран-членов ВТО. Отказалась Украина и от других разрешенных ВТО протекционистских мер: субсидирования сельского хозяйства, тарифного и нетарифного регулирования, сертификации и т.д. Поэтому не стоит удивляться, что за шесть лет пребывания в ВТО потери Украины достигли 20 млрд. долларов.
Еще одна причина – критическое состояние экономики Украины. Военные действия в Донбассе и сворачивание экономических отношений с Россией, на которую приходится почти три четверти экспорта продукции с высокой долей добавленной стоимости, вызвали крупный спад экономики.
Экономические оценки текущего года выглядят мрачно даже в самых розовых очках. По оценкам Министерства экономического развития и торговли, падение ВВП в 2014-м составит 4,7%, оценки Всемирного банка указывают на 5%, а прогноз МВФ еще тревожнее — 6,5%. Дефицит бюджета за январь—июль приблизился к 3 млрд. долларов.
Ситуация в Донбассе, где после продолжительных боев установилось шаткое перемирие, еще тревожнее. Индексы промышленной продукции в июле 2014 года обвалились на 30% в Донецкой области и на 56% — в Луганской. За январь—июль спад объемов производства зафиксирован во всех производственных отраслях региона. Наиболее сильно пострадали легкая промышленность - спад на 46%, химическая отрасль – на 41%, машиностроение – на 34,4% и фармацевтика – на 19%. Очень многие предприятия не работают вообще. А те, которые еще «дышат», уменьшили объемы производства от 15 до 50%.
Повреждение линий электропередач обесточило многие населенные пункты и создало огромные проблемы с подачей воды. В районе Кураховской ТЭС полностью взорваны все высоковольтные опоры. Предприятия химической и коксохимической промышленности остановлены. Остановка одного лишь Авдеевского коксохима, который производит треть всего украинского кокса, парализовала металлургическую отрасль. Остановились Донецкий и Макеевский металлургические заводы, частично приостановлена работа Енакиевского металлургического завода.
В плачевном состоянии находится угольная отрасль. Многие шахты обесточены. Горняки не могут откачивать воду, и шахты затапливаются. Региону грозит экологическая катастрофа сродни взрыву на Чернобыльской АЭС. Добыча угля сократилась на 23% и составила минимальные за последнее десятилетие 2,4 млн. тонн в месяц. При этом удельный вес угля в топ¬ливном балансе вырос до 50%. Украинские ТЭС в последние годы в среднем потребляли 30 млн. тонн угля в год, а шахты региона обеспечивали более половины всей угледобычи страны. Киев вынужден обратиться к закупкам угля в ЮАР.
Интерес Евросоюза
В отсрочке заинтересован и сам Евросоюз– вспомним, что украинский президент заявил о согласии на отсрочку после встречи с главой Еврокомиссии. В ЕС озабочены отрицательной реакцией России на предложенную к ратификации версию соглашения. Игнорировать аргументы Москвы сейчас Брюсселю некстати, поскольку европейцы несут ощутимые потери после принятия Россией ответных мер на западные санкции.
Брюссель также обеспокоен возможными проблемами с транзитом газа по территории Украины в зимний период. Соглашаясь на отсрочку экономической части соглашения, Брюссель надеется удержать Москву от резкой реакции в случае прихода к власти на предстоящих парламентских выборах в Украине радикалов. Например, образования правящей коалиции в составе Радикальной партии, «Народного фронта» и «Свободы».
Учитывая эти экономические и политические тревоги, Евросоюз пошел на диалог с Россией по вопросу изменения/изъятия тех положений соглашения об ассоциации, которые категорически отвергает Москва.
Этот процесс может длиться довольно долго – гораздо дольше заявленных 15 месяцев. Тем более, что в Москве на свой лад понимают сделанное 12 сентября в Киеве заявление председателя Еврокомиссии Жозе Мануэла Баррозу о создании в будущем зоны свободной торговли от Лиссабона до Владивостока.
Баррозу акцентировал внимание на том, что первым шагом на пути к этому должно стать «принятие» Россией соглашения об ассоциации между Украиной и ЕС. «… это Соглашение может стать кирпичиком в создании наших новых отношений. Может это звучит утопично, но будущее нашего интегрированного европейского пространства - от Владивостока до Лиссабона - станет реальностью, мы будем готовы изучить вопросы сотрудничества с Таможенным союзом», - заметил глава Еврокомиссии.
В Москве заявления такого рода, во-первых, хотели бы слышать не от уходящего на политическую пенсию Баррозу, а от Жана-Клода Юнкера, идущего ему на смену. Во-вторых, здесь считают, что коль в ЕС поднимают вопрос о зоне свободной торговли с Таможенным Союзом, решать его целесообразно одновременно с украинскими делами.
Поэтому, если Москва заупрямится и не убоится «нести политические, экономические и социальные последствия» (а ей это не впервой), о чем намекал в Киеве Баррозу, Украине еще долго придется дожидаться привязки своей экономики к Евросоюзу.
Шансы и риски
Возможно, это и не худший из имеющихся вариантов. Ведь зона свободной торговли с ЕС, вводимая соглашением, привела бы к краху важнейших секторов украинской экономики под наплывом более конкурентоспособной продукции из Евросоюза. Ситуация ещё более усугубляется понижением до минимума или полным обнулением таможенных пошлин для товаров из ЕС. Кроме того, принятие технических регламентов Евросоюза, что необходимо для выхода на рынок ЕС, требует огромных затрат. Нужна реиндустриализация на качественно новой технико-технологической основе. Для этого надо иметь, как отмечал еще премьер Николай Азаров, хотя бы 150 млрд. евро. Цифра для Украины, особенно в условиях войны, совершенно фантастическая.
Денег же Европа давать не хочет – на «своих» вроде Греции или Испании не хватает. Об этом честно сказал 12 сентября в Киеве экс-глава МВФ Доминик Стросс-Кан: «Никто в Европе не хочет умирать за Украину, даже денег вам не хотят давать. Вы в этой битве сами за себя». Политик и финансист отметил, что, несмотря на многочисленные заявления лидеров западных стран о поддержке Украины, эта поддержка не заходит дальше разговоров. «Здесь много говорилось о солидарности с Украиной, но у меня вопрос: где деньги? Разговоры — это только слова», — отметил экс-глава МВФ.
Европа далека от единой точки зрения по поводу выхода из ситуации. Однако среди части ответственных политиков присутствует понимание того, что сложности появились не без участия еврокомиссаров, которые не раз и не два говорили об эксклюзивности украинско-европейских отношений и много Киеву обещали. Теперь, когда Украине грозит экономическая катастрофа, лишняя ответственность Брюсселю ни к чему. Еврокомиссия нового состава под началом прожженного прагматика Жана-Клода Юнкера мягко попеняет уходящим комиссарам и займется неторопливыми переговорами-уточнениями с Москвой. Киеву же только то и останется делать, что прислушиваться к точке зрения «старших товарищей».
inpress.ua