У каждого футбольного клуба есть свои символы. Это и завоеванные трофеи, и домашние стадионы. Но прежде всего – это люди, которых болельщики помнят, невзирая на то, как давно завершилась их футбольная карьера, пять или двадцать пять лет назад. В «Шахтере» таким человеком, бесспорно, является легендарный вратарь Юрий Дегтярев. Об этом свидетельствует и именная звезда на клубной Аллее славы, и уважение руководства клуба, и любовь болельщиков. Удивления эти факты не вызывают, ведь мало кто из игроков может похвастаться такой преданностью одной-единственной команде. Дегтярев был признан сильнейшим вратарем страны и вошел в тройку лучших футболистов вслед за Кипиани и Блохиным. В год, когда сборная не попала на чемпионат мира, а первенство страны изобиловало ничьими, они оказались единственными, к кому не возникло претензий. Конечно, предложений о переходе хватало, но вратарь даже не помышлял о переезде. Почему его позиция была настолько принципиальной, а также о своем отношении к современному футболу и о многом другом «Жизни» рассказал сам голкипер Юрий Дегтярев.
Почему вы всякий раз отвечали отказом на предложения перейти в столичное «Динамо»?
Я не мог долго находиться вдали от дома. Сколько раз ездил в отпуск по путевке, но никогда не мог добыть до конца, несмотря на отличные условия. Побуду две недели и уезжаю в Донецк. Поэтому не представлял, что смогу играть где-то еще. Действительно, Яшин лично приезжал за мной. Мы хорошо общались со Львом Ивановичем. Когда он последний раз приехал, то мы встретились втроем: я, Яшин и директор стадиона Александр Шпак. Лев Иванович призвал на помощь и Шпака, но ничто не помогло. Поэтому утром Яшин уехал в Днепропетровск за Володей Пильгуем (вратарь, игравший тогда в «Днепре». – Прим. редакции).
Тогда был сильный чемпионат, было из кого выбирать. Как вам нравится сегодняшнее первенство Украины?
В принципе, чемпионат мне нравится. Только мало команд-участниц, еще меньше тех, кто реально ведет борьбу за верхние строчки. Было бы больше
команд – росла бы конкуренция, а это стимулирует прогресс. Но мы приближаемся к российскому чемпионату, который на сегодняшний день все-таки посильнее. Это несмотря на то, что совсем недавно «Металлист» обыграл две российские команды – «Спартак» и «Динамо».
Раз уж вы затронули российский чемпионат, не можем не спросить, нравится ли вам идея его объединения с нашим?
Это было бы здорово! Во времена СССР – и сборная, и команды были сильнее. У каждого клуба была своя наигранность, свои задумки, как обыгрывать друг друга. Например, игра тбилисского «Динамо» была более мягкой, техничной, а мы делали ставку на атакующий, силовой футбол.
С какими командами было сложнее всего играть?
У каждого клуба была своя «неудобная» команда. У нас такими были «Черноморец» и «Динамо» (Москва). Как ни настраивались, ничего не получалось. То ли из года в год усиливался психологический фактор: над нами довлел шлейф прошлых игр. Например, к нам приезжали игроки из Тбилиси, они признавались, что не могут играть против нас на выезде. Кипиани говорил, что в Донецке игры очень сложные для команды.
Когда страны разъединились, многое пропало. Каждый замкнулся в себе, а раньше ведь у каждой республики была сильная команда, с хорошими игроками, которые были интересны для сборной. А теперь пытаемся добиться побед за счет иностранцев. А почему? Потому что произошел провал в подготовке наших игроков. Нужно больше уделять внимания воспитанию собственных кадров: игроки есть, нужно ими заниматься. Но на это требуется время. Популяризация футбола проводится. Немалая заслуга в этом Рината Леонидовича. У меня когда-то спросили об одной футбольной команде, сможет ли она добиться успеха. Я ответил, что сможет, если президентом будет Ахметов. Этот человек вкладывает в клуб все.
Когда игрок после завершения спортивной карьеры остается в футболе, это удивления не вызывает. Но вот другой случай, чтобы человек сменил футбольное поле на работу в милиции, припомнить сложно. Как это получилось?
В моем доме жил начальник УВД области. Мы с ним иногда прогуливались вечером по бульвару Пушкина. Вот он как-то и сказал: «У вас тренеров, как собак нерезаных. Давай к нам. И нечего тут думать». Я закончил нашу спецшколу – ДСШМ, на все занятия ходил исправно. А потом поступил в Киевскую высшую школу милиции. В 1983 году я завершал игровую карьеру и как раз закончил эту академию. Сразу пошел на практическую работу оперативника, а закончил службу в ДЮИ. Потом позвали в «Шахтер», и я согласился, хотя мысль о предстоящих перелетах пугала.
Боитесь летать?
Я четыре раза попадал в авиакатастрофы за 25 лет. Первый раз – еще на старте карьеры в Марганце. Летели на «кукурузнике», пришлось сесть прямо в поле. Мой первый тренер, Петр Андреевич Пономаренко, чтобы разрядить обстановку, предложил провести разминку. А потом развернули самолет и по той же линии, по которой садились, снова взлетели. Но тогда были молодыми, посмеялись и забыли. А потом мы летели с «Шахтером» то ли в Ливию, то ли в Ливан, так у самолета загорелись два двигателя. И мы на оставшихся двух совершили аварийную посадку в частном аэропорту в Акапулько. Очень переживали, что владелец не разрешит посадку, но все обошлось.
В 1968 году сборная летела из Южной Америки на «ИЛ-62». В Монреале к нам присоединилась хоккейная сборная. Мы взлетели, а я вижу, что мы летаем по кругу над статуей Свободы. Я понял, что что-то не так, и тут же стюардесса объявила, что совершаем аварийную посадку. Оказалось, что на левой стороне нашего лайнера взорвались все восемь скатов на шасси. Мы не знаем, как это произошло, возможно, это была диверсия, мы этого так и не узнали. И последний раз в 1978 году я улетал из Донецка в сборную. Только взлетели, как наш «ТУ-124» моментально вспыхнул и мы резко пошли на посадку – оказалось, что не тем топливом заправили. После этого каждый полет – это было что-то ужасное.
Но это никак не повлияло на вашу любовь к футболу. Кстати, а Евро-2012 ждете? Не считаете ли вы, что турниры сборных начинают угасать?
Тут я согласен. Что касается чемпионата Европы, который примет наша страна, то мы говорим об огромных затратах, которые вряд ли окупятся. Возможно, раньше проведение континентальных турниров было оправданно, а сейчас… Тем более мы видим, что сборные не хотят жить в Украине. Им лучше летать из Польши на игры, тренировки. Не знаю, чем это обусловлено. Возможно, сохранились какие-то стереотипы. Еще когда в составе юношеской сборной мы летали в Италию, Испанию, нас спрашивали местные жители: «А откуда вы? А, Донецк – это где кирпичи на голову падают». Мы объясняли, что все это не так, что все работы проводятся под землей, но они не верили. Это было в 1966 году, а позже, в 1977 году, к нам прилетел «Ювентус» на игру Кубка УЕФА. Они вышли вечером на разминку, им включили свет, стало видно террикон. Итальянцы были озадачены – интересовались, не действующий ли это гейзер.
А с каким счетом завершилась та игра с «Ювентусом»?
1:1, а в Италии проиграли 3:0. У них тогда была очень сильная команда, в состав которой входило девять игроков сборной Италии. Сколько «Шахтер» тогда ни играл в Кубке УЕФА, он проигрывал будущим победителям. Проиграли «Айнтрахту» – в Кубке победил «Айнтрахт», проиграли «Ювентусу» – выиграл «Ювентус». Та же история и с «Монако».
Какой прогноз на выступление сборной Украины на чемпионате Европы вы дадите? Вам нравится сборная Блохина?
Зная хорошо Блоху, я думаю, что он прокарабкается. Он по жизни, с одной стороны фартовый, а с другой… Вот, например, в сборной он мог несколько часов перед игрой жаловаться, что у него болит нога, что играть он не может, а выходит на поле – и его уже не остановить! Так что, думаю, у него должно получиться и на Евро.
Дмитрий ШИШКИН, София ГЛЯВСКАЯ