Воспользовавшись приездом в Донецк основателя компании «Research & Branding Group» Евгения Копатько, корреспондент «Жизни» пообщался с экспертом-социологом. Перед презентацией книги Тамары Гузенковой «Расскажу вам о войне» мы успели поговорить о региональном статусе русского языка, необходимости профессиональной дискуссии о геополитическом выборе страны и, конечно же, о самой книге.Если оглянуться назад, то считаете ли вы, что принятие Закона «Об основах государственной языковой политики» изменило ситуацию? В жизни рядового жителя юго-востока Украины перемен почти нет.
Интересно, что практически во всех восточноевропейских государствах бытует представление об исключительной роли каждой страны в победе над нацизмом.
Есть одно очень важное обстоятельство. Хотя бы то, как данный закон был воспринят обществом, и какие страсти кипели вокруг его принятия, говорит о неординарности события для нашей страны. Вряд ли после этого кто-то сможет сказать о неактуальности проблемы.
В целом в обществе было понимание, что это – компромисс, ведь о втором государственном языке речь больше не идет. Закон необходим, вопрос реализации – другая тема, там много подводных камней. Но закрепленный статус русского языка имеет еще и символическое значение, потому что иначе мы можем маргинализировать эту тему.
Согласно вашему недавнему опросу, украинцы и россияне во многом схожи, но во многом и отличны друг от друга. Чем вы это объясняете?
За 20 с лишним лет поведение наших политических элит не способствовало тому, чтобы разрыв между нами уменьшился. А народ как раз является сдерживающим фактором.
Например, в апреле 2010 года Харьковские соглашения поддерживали 60% граждан, через год – меньше 40%. Это говорит о том, что если не будет наполнения договоренностей, то мы продолжим отдаляться друг от друга. Украине нельзя делать резких движений, потому что страна очень неоднородна, и вопросы движения на Запад или Восток требуют более взвешенной позиции.
Как вы считаете, оправдаются ли надежды украинских дипломатов на саммите Украина – ЕС в конце марта, и может ли в нынешнем году быть подписано соглашение об ассоциации?
Вопрос открытый. Беспрецедентное политическое давление ЕС на Украину сужает возможность договоренности. Поэтому, даже при условии подписания соглашения об ассоциации, это будет иметь символическое политическое значение, никаких преференций Украина пока не получает.
Экспертное сообщество должно беспристрастно оценить все плюсы и минусы интеграции с Таможенным союзом и с ЕС, после чего рассказать обществу о различных вариантах».
Но нужно было бы обсудить все плюсы и минусы более тесного взаимодействия с Таможенным союзом, все возможности и риски интеграции с Европейским союзом, потому что не все ладно в Датском королевстве. И экспертное сообщество должно беспристрастно оценить в политической и экономической плоскостях: здесь будут плюсы, здесь – риски, здесь – проблемы. И на основе этого предложить обществу все варианты.
Сейчас многие, в том числе в правительстве, говорят о том, что 2013 год будет очень сложным. Отвечают ли данные заявления ожиданиям украинцев?
У нас каждый год очень сложный (смеется). На мой взгляд, есть одна серьезная проблема: мы не учимся говорить о позитиве, об истории успеха, поэтому в обществе доминирует социальный пессимизм. Я понимаю, это сложно, легче говорить о негативе. Никто не говорит, что нужно приукрашивать картинку, но важно опираться на позитивные примеры.
Почему вы считаете, что тема преподавания истории в школе важна?
Если страна помнит свою историю, то она может строить свое будущее. Если же мы забываем историю, то у нас нет будущего. Можно сколько угодно претензий предъявлять Советскому Союзу, но в последние годы история столько раз переписывалась, что это очень актуальная тема. Когда-то у нас был общий подход: Советский Союз был государством-победителем (и это не подлежало сомнению), Советский Союз вместе с США и Британией в Тегеране, Ялте и Потсдаме решал судьбы послевоенного мира, который просуществовал до 1991 года. И эта книга позволяет увидеть, почему мы стали разными.
* * *
После интервью с Евгением Эдуардовичем началась пресс-конференция доктора исторических наук, руководителя Центра исследований проблем стран ближнего зарубежья Российского института стратегических исследований Тамары Гузенковой, презентовавшей книгу «Расскажу вам о войне… Вторая мировая и Великая Отечественная войны в учебниках и сознании школьников славянских стран».
Автор поделила все методы преподавания истории на три большие группы: реликтовую, выдержанную в традиционном советском стиле (ей наиболее соответствуют Беларусь и Приднестровье), трансформационная концепция, в которой значительное внимание уделяется репрессиям, холокосту и другим ранее запретным темам (в той или иной степени – Россия, большая часть среднеазиатских республик бывшего СССР и стран соцлагеря) и радикально пересмотренные концепции – равная ответственность Германии и СССР за развязывание войны, захватническая трактовка действий советской армии после 1944 г. и т.п. (Грузия, Латвия, Литва, Молдова и в наибольшей степени – Польша).
Одной из характерных черт изложения истории украинскими школьниками является не только региональная зависимость позиции детей, но и сильная разнородность ориентиров даже в пределах одного класса.
Украина за последние несколько лет успела побывать в двух категориях. Учебники, изданные до 2010 года, относились к последнему типу. Причем движение в данном направлении началось не в 2005 году, как можно предположить, а несколькими годами раньше. Главную роль в этом сыграли авторы из украинской диаспоры. Начиная же с 2011 г., украинские учебники истории снова стали трансформационными.
Интересно, что практически во всех странах бытует представление об исключительной роли каждой страны в победе над нацизмом. Более того, такие представления разделяют не только ученики, но и тамошние историки.
Одной из характерных черт изложения истории украинскими школьниками является не только региональная зависимость позиции детей, но также сильная разнородность и в пределах одного класса. «Даже в России среди школьников наблюдаются лишь элементы консолидации. В Украине это и вовсе приобрело гигантские масштабы, скажем, украинские школьники, сидящие на соседних партах, дают прямо противоположные оценки», – рассказала Тамара Гузенкова.
Иван БУХТИЯРОВ