Один из главных атрибутов правового и демократического государства – справедливый и независимый суд. И хотя сомнения в соответствии третьей ветви власти таким критериям имеются, на то есть свои причины. Обо всех особенностях экономического правосудия «Жизнь» решила расспросить председателя Донецкого апелляционного хозяйственного суда Александра Кулебякина, тем более что повод для этого выдался самый что ни на есть подходящий.
Александр Сергеевич, 21 ноября украинский арбитраж отпразднует 90-летие со дня основания. Расскажите о становлении хозяйственного правосудия в нашей стране.
Осознанная необходимость создать судебный институт, занимающийся именно рассмотрением дел между субъектами хозяйственной деятельности, появилась уже в XIX веке. Первый коммерческий суд был создан в Одессе еще в 1807 году и просуществовал вплоть до 1917 г. Через несколько лет и новая административно-командная система пришла к выводу, что даже при плановом хозяйстве необходим орган, разрешающий споры, которые возникают между предприятиями. И 21 ноября 1922 года Совнарком УССР создал арбитражные комиссии.
Украина сохранила систему хозяйственных судов, хотя до сих пор звучат предложения передать экономические дела в районные суды. Но нельзя не согласиться с тем, что между продажей дачного домика и продажей акций «Азовстали» или завода им. Ильича существует большая разница. Да, это тоже договор купли-продажи, но он имеет свою специфику.
Законодательное обеспечение
Сегодня вступает в силу новый Уголовно-процессуальный кодекс, существенно меняющий систему уголовного права. Нужно ли, по вашему мнению, вносить столь масштабные изменения в Хозяйственный процессуальный кодекс?
Безусловно, нужно. Законодательство должно отвечать современным требованиям. Однако главная проблема, которую нужно решить, – четко разграничить компетенцию судов разных юрисдикций. Сейчас административные суды наряду с хозяйственными также рассматривают экономические споры, связанные с налоговым, таможенным, земельным законодательством. И складывается ситуация, когда предприниматель не совсем понимает, в какой суд обращаться. Порой даже у опытных юристов возникают трудности.
Очевидно, нужно обращаться туда, где меньше судебный сбор (в последнее время сложилась ситуация, когда бизнесмены прибегают к различным ухищрениям, позволяющим обращаться в административные суды и платить меньший судебный сбор. – Прим. автора)?
Вопрос подведомственности – главная сейчас проблема. Мы же предлагаем простой принцип: если в основу спора положены экономические отношения, значит, с ним нужно идти в хозяйственный суд. И тогда предпринимателю будет ясно, куда обращаться. Здесь речь идет еще и о том, что в нынешней ситуации мы не можем говорить о единстве судебной практики, об одинаковом применении законодательства.
Как вы оцениваете итоги введения судебного сбора?
Окончательные выводы делать рано. Необходимо, чтобы судебный сбор был адекватен финансовым возможностям предприятия. В то же время, в соответствии с действующим законодательством, максимальный размер судебного сбора за подачу иска превышает 60 тысяч гривен. Не должен попасть предприниматель в ситуацию, когда он из-за нехватки денежных средств не может защитить свои права в суде. Мы анализируем, как работает закон, и хотим предложить оптимальную модель.
Право на мнение
С чем обычно связана отмена решений суда в апелляционной или кассационной инстанциях?
Я вообще не вижу проблемы в отмененных решениях, если за ними не стоят умысел, влияние посторонних лиц или очевидная неквалифицированность судьи. Существует старая поговорка: два юриста – три мнения. Я общался с коллегами из Германии, они говорят: «Ну и что, если мое решение отменили? Я думаю так, Земельный суд думает по-другому».
В Конституции написано, что судья принимает решение по внутреннему убеждению. И это правильно. Иначе мы будем бояться садиться в судебное кресло и начнем думать, какое решение принять, законное или безопасное. Судья имеет право на ошибку, но он не имеет права на злоупотребление, на предвзятое отношение к сторонам и на безграмотное решение.
Что касается причин отмены судебных решений, то есть нормативные акты, в которые в течение года вносится множество изменений. Поэтому первая причина – нестабильное законодательство. Вторая – отсутствие единой судебной практики.
Мы анализируем все факты отмены наших решений, и могу вас заверить, что ситуаций, когда судья принял неквалифицированное решение, – единицы.
Вместе с тем хочу отметить, что качественные показатели работы Донецкого апелляционного хозяйственного суда – одни из лучших в Украине.
Бывают ли случаи, когда не совпадают понятия законности и справедливости?
Мое личное мнение: если требования справедливы, то они, как правило, стыкуются с законностью. Хотя не всегда. Например, когда-то одним из истцов выступил обычный председатель фермерского хозяйства. Его партнер по каким-то соображениям подписал экономически убыточный, но формально правильный договор. Суд не нашел законных оснований для удовлетворения иска. Другое дело, если бы мы установили преступный сговор, но в материалах, рассматриваемых судом, этого не было. И суд разрывался между законностью и справедливостью. Человека было жалко, было видно, что он действительно пострадавший, но суд не мог не учесть формальную сторону дела.
Общественный интерес
Считаете ли вы, что общественность достаточно знает о судебной системе?
Это самый больной вопрос. В освещении деятельности судов много спекулятивного. Я не наивный человек и не буду говорить, что суды закрыты для коррупции. Тем не менее, журналисты, перед тем как писать о судах, должны хотя бы ознакомиться со статистикой. В хозяйственном судопроизводстве обжалуется только 20% вынесенных решений, иногда – 25-30%. Давайте проанализируем: в 80% случаев даже сами стороны соглашаются с законностью судебного решения. Можно ли говорить о тотальной коррупции?
Столкнувшись с несправедливостью один раз, человек может прийти к выводу, что доказать свою правоту невозможно, поэтому не стоит тратить время…
Когда человек судится за свое, кровное, он все равно будет использовать все возможности, например, подключит журналистов… Если каждый день по телевизору говорят, что «судья» и «взяточник» – слова-синонимы, то кто-то и решит отказаться от обжалования. Может, не нужно так часто об этом говорить? Однако, по моим наблюдениям, если человек от судьи услышал понятную для него аргументацию, он не пойдет дальше жаловаться, поскольку его убедило судебное решение.
А как вообще судьи должны реагировать, когда им предлагают взятку? Как вы реагировали на такие ситуации?
Ко мне не придут. Я имею соответствующую репутацию и всегда придерживаюсь правила: ни одного постороннего в кабинете. Если ко мне приходит кто-то на прием, то либо руководитель аппарата, либо мой помощник тоже находятся в кабинете. Правило простое: не подставляйся. По моему мнению, у председателя хозяйственного суда даже не должно быть личного приема граждан. Все организационные вопросы можно решить с руководителем аппарата.
Сейчас у нас пропускная система, и в судебные залы существует отдельный вход. В блоке, где расположены судейские кабинеты, стороны процесса не появляются. Сделано это намеренно, чтобы ни у кого не возникало никаких подозрений. Ведь как бывает? Под кабинетом судьи сидят люди, он кого-то узнал – поздоровался. Другую сторону он никогда не видел. И начинает работать механизм измышлений.
Донбасс во всех смыслах, в том числе и экономическом, – регион особенный. Это видно и по количеству рассматриваемых споров. Проявляются ли особенности Донецкого региона в чем-то еще?
В Донецкой области велика цена судебной ошибки. Представьте, если кто-то незаконно присудит штраф в несколько миллионов градообразующему предприятию? Последствия для экономики будут весомее, чем аналогичные действия в отношении предприятия средней руки в каком-либо другом регионе Украины.
Иван БУХТИЯРОВ