Блокада Ленинграда окончательно была снята 27 января 1944 г. Это – особая страница Великой Отечественной войны.
Величие подвига жителей города-героя и тяготы испытаний, выпавших на их долю, умом постичь невозможно. Современникам нужно об этом рассказывать, тем более, что, к счастью, среди нас еще живут непосредственные очевидцы страшной блокады. К великому сожалению, их осталось очень мало. Например, по данным совета ветеранов Петровского района Донецка, у них в живых уже не осталось ни одного блокадника. Нам очень важны и дороги воспоминания каждого, кто вынес те испытания и дожил до наших дней.
Алевтина Петровна Карякина живет в Киевском районе Донецка. Ей исполнилось всего 3 года, когда началась война и фашисты взяли в железные клещи блокады ее родной Ленинград. До войны мать Али Карякиной была учительницей, а отец инженером. С самого начала блокады мать стала работать на военном заводе, где производили гранаты, а отец ушел на фронт. Маленькую Алю и ее пятилетнего брата оформили на пятидневку в детский сад. В нем на питание выдавались специальные детские карточки, благодаря им малыши не погибли от голода. Детям постарше такие карточки уже не полагались. Мальчики и девочки 10-12 лет опухали на глазах и погибали от истощения. Так умер 12-летний сосед А. Карякиной.
Женщина помнит, как соседи из всех комнат вместе разжигали на кухне печку. Горела она так слабо, что матери прямо на нее усаживали своих малышей и только так согревали их. Наконец в мучительных испытаниях голодом и холодом забрезжил маленький проблеск: на Ладоге появилась спасительная «Дорога жизни». По ней 5 марта 1942 г. девочку и ее брата вывезли из полумертвого города и отправили на юг, в Пятигорск.
А. Карякина была еще ребенком, но испытания, перенесенные в блокадном Ленинграде, навсегда отложились в ее памяти, медаль «Житель блокадного Ленинграда» хранит как дорогую реликвию. После ранения и контузии отец Али воевать уже не смог, он разыскал детей и жену и все вместе они приехали в Сталино, поднимать из руин промышленность Донбасса. Высококвалифицированный инженер внес большой вклад в восстановление Донецкого машиностроительного завода имени 15-летия ЛКСМУ.
Зоя Ивановна Жукова тоже проживает в Киевском районе нашего города. Судьба, наверное, хотела испытать эту женщину на прочность, сорвав ее с родных мест и бросив в блокадный Ленинград. Родилась З. Жукова в Донбассе, в г. Енакиево. В 1938 г. девушка поступила в Ленинградский военно-механический институт. В июне 1941 г. сдавала сессию за 3-й курс и собиралась на каникулы домой, но 22 июня перевернуло все планы.
Когда окружил город, студентов их института направили служить в противопожарную оборону. Немецкие артобстрелы и бомбардировки длились почти непрерывно, значит, непрерывными были и пожары. Из спецснаряжения у студентов только топоры в руках, в основном в девичьих, ведь парни ушли на фронт.
В городе много пожаров, а воды для их тушения нет вообще, даже питьевая вода в дефиците. Зимой пламя старались забрасывать снегом. Спали по нескольку часов в сутки, изнемогали от усталости и голода. З. Жукова сквозь слезы говорит, что питание у них считалось усиленным. Это – печально известные 125 г хлеба в сутки, на завтрак – 20 г конины, ложка каши из прелой крупы, на обед так называемый борщ, точнее, горячая вода, в которой плавают клочки зеленой мороженой капусты и картофельные очистки, на ужин снова столько же конины, но уже без хлеба – ни у кого не хватало выдержки оставлять эти горькие граммы на ужин.
«Дорога жизни» оправдала свое название и для З. Жуковой, по ней девушку вывезли из осажденного города. После освобождения Донбасса от гитлеровских захватчиков Зоя Ивановна вернулась в Енакиево. Для родителей она восстала из мертвых, ведь считали дочь погибшей, зная, что она осталась в блокадном Ленинграде, но Зоя выжила, закончила ДПИ и до самой пенсии работала в Донецке.
Анна Алексеевна Балагута – жительница Пролетарского района Донецка. Она коренная ленинградка, в 1941 г. ей исполнилось 12 лет.
Самой страшной была зима с 1941 на 1942 год. От голода и холода люди вымирали кварталами, промерзшая земля не давала возможности рыть могилы. А. Балагута помнит забитые снаружи двери подъездов и страшные надписи «Живых нет», погибшие оставались в своих квартирах, хоронить их было невозможно. Весной специальные отряды собирали тела умерших и на грузовиках и телегах свозили их для захоронения.
Это был не фильм ужасов, а чудовищная реальность, о которой забывать нельзя. В сентябре 1942 г. Анну, ее двух сестер и маму, которая уже не могла ходить, вывезли из Ленинграда в Сибирь. После войны А. Балагута вернулась в родной город и после окончания техникума по распределению попала в Донецк, где и живет до сих пор.
Не могу не рассказать еще об одном дончанине, внесшем большой вклад в оборону Ленинграда. Это Василий Дмитриевич Нестеренко, житель Киевского района. Он принимал непосредственное участие в создании легендарной «Дороги жизни». В. Нестеренко был бойцом лыжного отряда на Ладоге. Отряд должен был отвлекать на себя внимание фашистов от работ, проводимых по созданию дороги, спасшей жизнь тысячам ленинградцев. В бою под деревней Липки боец уничтожил два вражеских дзота и был тяжело ранен. После госпиталя воевал до самого снятия блокады на корабле «Марат», входящем в состав Кронштадтского подразделения Балтийского флота, который оборонял Ленинград с моря.
Родился В.Нестеренко в 1919 г., почти с самого детства суровая жизнь испытывала его на выносливость: голод 1933-1934 годов (тогда вымерла вся его семья), блокада Ленинграда, тяжелая послевоенная служба в органах МВД. Сейчас фронтовик тяжело болен, но сильнее всего его мучает душевная боль. Этот мужественный и стойкий человек озабочен тем, что подрастающее поколение забудет о войне, о победе, обо всех испытаниях, выпавших на долю родного народа. Для того чтобы современники помнили и знали о войне, о своей истории, им и нужно об этом рассказывать.
Галина ПОНОМАРЕВА