В начале лета Верховная Рада приняла закон о судоустройстве и судейском статусе, положив начало реформированию судебной системы. Изменения в той или иной степени затрагивают интересы не только тех, кто имеет к ним непосредственное отношение. Как судебные нововведения отразятся на бизнесе?
Три ступеньки правосудия
Новый закон предусматривает построение иной системы, изменение требований к профессиональным качествам судей, обновление их состава, а также механизм образования и ликвидации судов различного уровня. Кроме того, изменится статус служителей Фемиды, — в частности будут созданы новые институты, задачей которых станет контроль «облико морале» судьи.
Новая система предусматривает три уровня: местные суды, апелляционные и Верховный Суд. Предполагается создание двух Высших судов — антикоррупционного и по делам интеллектуальной собственности, которые будут иметь статус первой инстанции. Не вдаваясь в подробности структуры судов, отметим, что инициаторы реформы попытались максимально приблизить её к потребностям современного правосудия и устранить ненужное дублирование функций судопроизводства судами низшего уровня.
По мнению председателя фракции «Народного фронта» в ВР Максима Бурбака, основным плюсом начатой реформы является сокращение уровней системы правосудия, отмена специализированных судов, которые всегда были для судей «кормушкой». Принятые изменения позволят сделать реальную перезагрузку системы и допустить к конкурсному отбору судей общественность, считает политик.
Заметим, что и предшественники «баловались» реформами правосудия. Но преуспел в этом только Виктор Янукович. С подачи тогдашнего замглавы его администрации Андрея Портнова в 2010–2014 годах судебная система была полностью перекроена под нужды «семьи». Нынешним реформаторам потребуется немало усилий, чтобы вычистить эти авгиевы конюшни.
За фасадом реформы
Однако изменение конституционного регулирования системы правосудия вовсе не означает её реальное преобразование. Наиболее существенным в этом процессе будет вопрос обновления состава судов. И здесь особое неприятие критиков реформы вызывает лазейка, позволяющая главе государства ещё 2 года фактически рулить правосудием: переходные положения закона предусматривают право гаранта до 2018 года создавать, ликвидировать и переформатировать суды. Поэтому у экспертов есть большие опасения, что за это время будут созданы «ручные» суды, которые займутся не правосудием, а поддержкой президентской вертикали власти. Так, экс-член Венецианской комиссии Марина Ставнийчук считает, что таким образом власти пытаются взять под контроль как суды в целом, так и отдельных судей.
И действительно, растянутость во времени создания новых институтов, таких как Высший Совет правосудия, специализированные суды, переаттестация почти 7 тысяч судей — хорошая возможность для формирования уже новой структуры правосудия «под себя». Властная вертикаль вполне может за 2 года набрать лояльный судейский корпус и «зацементировать» систему на будущее, как случилось в своё время с органами прокуратуры.
Исходя из этого, очень сомнительно, что произойдёт главное, для чего и делается эта реформа: тотальное обновление людей в мантиях, устранение зависимости их от власти и повышение ответственности за принимаемые решения.
Но не только Украина настроена на длительную реформу правосудия. Дружественная нам Литва с прибалтийской неспешностью проводит её уже больше 20 лет. Суд там полностью независим и максимально открыт для общества. Тем не менее, как утверждают критики литовской судебной системы, её больным местом по-прежнему остаётся… коррупция.
А тем временем украинские юристы прогнозируют наступление периода неопределённости в работе системы правосудия. По мнению Елены Волянской, советника Юридической группы LCF, переходный период может привнести в работу системы неопределённость относительно сроков рассмотрения дел и трудно прогнозируемые решения, а это влечёт определённые риски для бизнеса и граждан. Кроме того, пока не будут приняты необходимые поправки в процессуальное законодательство (кодексы), трудно определить, как принятые нововведения скажутся на ведении судебных процессов.
Чего ждать бизнесу?
Если у профессиональных юристов вызывают сомнения системные изменения, то для бизнеса куда важнее понимать, насколько нововведения скажутся на его работе. По большому счёту любой компании важно иметь возможность быстро, а главное — справедливо, восстановить в суде свои нарушенные права. И вряд ли это зависит от количества уровней судебной системы, ведь решение принимает конкретный судья.
Кстати, реформа анонсировалась как необходимое условие международных доноров для предоставления очередного транша. Да и авторы закона утверждали, что он направлен, в том числе и на разрушение укоренившегося мнения об Украине как стране с коррумпированным правосудием.
Старший юрист Юридической компании Prove Group Ярослав Абрамов считает, что на инвестклимат и бизнес в целом реформа не повлияет, — по крайней мере в сторону улучшения. Бизнесу важно, чтобы судебный процесс был быстрым, справедливым и не затратным, а количество инстанций и палат в Верховном Суде для него малоинтересно, отмечает Абрамов.
Безусловно, инвестиционная привлекательность страны, да и развитие отечественного бизнеса, зависят от прозрачности и качества правосудия. Но, к сожалению, вряд ли можно с уверенностью прогнозировать последствия судебной реформы для наших предпринимателей и инвесторов. Пока новая система не заработает в полную силу, остаётся лишь надежда, которую практика или подтвердит, или разрушит.
В ближайшие годы украинскую систему правосудия ждет ещё один этап реформирования: приведение процессуального законодательства в соответствие произошедшим изменениям. Это процесс длительный, поэтому в работе системы наверняка будут сбои и найдутся другие, ещё неизвестные сегодня недостатки, которые придётся исправлять по ходу реформы.
Но главное, в чём сходятся мнения экспертов и самих судей: необходимость изменения отношения к закону всех участников правоотношений. Без этого судебная реформа обречена на провал.
Zavarnik