Мировой рынок продуктов питания может многое сказать о глобальной экономике, а местная специфика (цены, объёмы, ассортимент, качество) красноречиво поведает об экономике государств. Неслучайно эксперты The Economist с 1986 года успешно используют «Индекс Биг-Мака» для оценки покупательной способности в разных странах. Рацион украинцев подтверждает наличие слабых мест в отечественной экономике. А анализ пищевых трендов в мире подсказывает выход для украинского АПК.
Надо меньше есть?
В августе в эфире одного из телеканалов министр социальной политики Андрей Рева произнес ставшую знаменитой фразу о том, что украинцы тратят на еду большую часть доходов, чем немцы, потому что, мол, больше едят. Эта банальная попытка прикрыть экономические проблемы якобы ментальностью народа актуализировала важную тему. Как говорится, мы — то, что мы едим… и как едим.
Цены на продукты и расходы на них для ведущих экономистов и финансистов — не предмет голословных рассуждений, а важнейшие индикаторы развития. Хосе Анхель Гурриа, генеральный секретарь Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в 2011 году сказал: «Цены на продукты питания — это в буквальном смысле вопрос жизни и смерти, особенно для беднейших из бедных, которые уже тратят от 80 % до 90 % своего дохода на продукты питания». Для ОЭСР, в чьих странах граждане тратят на питание менее 15–20 % заработков, очевидно: высокие расходы на еду означают низший уровень жизни и, скорее всего, менее развитую национальную экономику.
Главная причина «дороговизны» еды — не сами цены, а размер доходов. По данным Госстата и Евростата, в абсолютных величинах немцы тратят на еду вчетверо больше, чем мы. Но они зарабатывают 3500 евро, а мы — в среднем лишь 6600 грн, да и то по официальным данным. «КП в Украине» подсчитала, что в потреблённых килограммах и литрах мы проигрываем жителям Германии почти по всем основным группам продуктов: мясу, молоку, рыбе, фруктам и ягодам.
Подсчитаем калории
Но даже купленные и съеденные объёмы сами по себе ничего не значат. Жители бедных стран могут покупать много некачественной или малокалорийной еды. По подсчётам газеты «Сегодня», украинцы тратят 55 % своих доходов на 2742 Ккал в сутки, киприотам почти такое же суточное потребление обходится в 15 % дохода, а немцы и поляки получают около 3500 Ккал соответственно за 17 % и 11 % от заработка.
Последствия очевидны: гражданину, отдавшему большую часть дохода на свои базовые потребности, нечего будет тратить на покупку авто или техники, образование, инвестиции, путешествия, благотворительность. Далее — по замкнутому кругу: отсутствие карьерного роста без образования, нехватка средств на стартовый капитал для бизнеса, минимальная финансовая подушка на случай потрясений…
Интересно, что если выстроить европейские страны по доле доходов, расходуемых на питание, мы увидим очень близкое сходство с… рейтингом по ВВП на душу населения. Ещё одно доказательство: богатые тратят на еду меньше.
Другой показатель, заслуживающий внимания, — рацион. Например, в богатейших странах мира на производство продуктов питания идёт только половина потребляемой пшеницы, остальное — на корма и биотопливо. Здесь в приоритете мясо, рыба, молоко, яйца, а в развивающихся странах в пищу используют более 80 % собранной или импортированной пшеницы.
Оценим наши перспективы
Эти подсчёты не только описывают уровень жизни украинцев в сравнении с другими жителями планеты, но и дают понять перспективы отечественного АПК на мировых рынках. Становится понятно, что наша основная статья сельскохозяйственного экспорта — пшеница — не является жизненно важной для развитых стран. Соответственно нет причин надеяться на высокую экспортную стоимость.
Украинские реалии подтверждают этот тезис: среди главных импортёров украинской пшеницы только одна страна не из азиатского и североафриканского региона — Испания, а в прошлом году, несмотря на рекордные показатели экспорта зерна, валютная выручка от него осталась на уровне 2015 года.
Неутешительную для экспортёров, но утешительную для мира тенденцию фиксируют и международные эксперты. Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (FAO) совместно с ОЭСР опубликовали в этом году труд «Сельскохозяйственные перспективы 2017–2026», где прогнозируют замедление темпов роста спроса на сельскохозяйственную продукцию и, в частности, остановку роста потребления зерновых и мяса. В связи с этим FAO и ОЭСР предполагают, что цены на аграрную продукцию в ближайшее десятилетие будут оставаться относительно стабильными.
Вместе с тем эксперты прогнозируют и усиление борьбы на аграрных рынках: ожидается, что азиатские, американские, восточноевропейские и даже центральноафриканские (!) страны смогут увеличить производство и предложение сельскохозяйственной продукции.
Удержаться в экспорте и зарабатывать больше позволяют качественные полуфабрикаты и готовая продукция. Отличным выходом может быть и освоение новой ниши, — благо постоянно зарождающиеся тренды в питании дают такую возможность. Консалтинговая компания Baker Tilly в 2016 году видела экспортные возможности для украинского АПК в производстве новых йогуртов (со вкусом овощей, например), свекольного и берёзового сока, жирного молока, — интерес к такой продукции на Западе возник или возобновился совсем недавно. Но о необходимости перейти на массовую переработку своих же урожаев не говорил только ленивый…
Zavarnik