Нестабильность на традиционных рынках сбыта нашей продукции, низкая цена и низкая добавочная стоимость основных экспортных товаров заставляют по-новому посмотреть на структуру внешней торговли Украины. Точнее — найти новые ниши для стабильного и выгодного экспорта. Ведь даже лидирующие в экспортных сделках металлургия и сельское хозяйство далеко не исчерпали своих возможностей.
Медовый месяц
Андерс Ослунд, эксперт по экономике Восточной Европы, ещё в 2013 году отмечал: в урожайные годы Украина экспортирует 25 млн т зерна, что втрое выше всего экспорта Российской империи в 1913 году. По мнению специалиста, наша страна за счёт более эффективного землепользования и новых технологий может как минимум вдвое увеличить производство зерна. Похоже, он прав: в 2014–2015 и 2015–2016 маркетинговых годах наши аграрии смогли экспортировать уже около 35 млн т зерна. Предполагается, что 2015–2016-й даже станет рекордным по этой статье экспорта.
АПК в целом демонстрирует рост объёмов экспорта. Правда, на фоне одного значительного недостатка — падения цен. Так, в сравнении с 2014 годом в 2015-м аграрии увеличили продажи на 8,5 %, а выручку снизили на 12,6 %. Впрочем, эксперты уверены, что данный тренд — явление временное. Пока же можно сосредоточиться на более-менее стабильных позициях. Мало кто знает, но обойдённый вниманием мёд — серьёзная составляющая нашего экспорта: его покупают Германия, Польша, США… Но и тут можно идти дальше, не ограничиваясь продажей чистого продукта. Пол Дарби, руководитель Сonference board of Canada, говоря о перспективах украинского экспорта, привёл в качестве примера именно мёд: «Можно, конечно же, продавать за границу мёд за копейки. А вместо этого можно продавать косметику, сделанную на основе мёда, доход от продажи которой будет в разы выше дохода от продажи мёда». Канадский эксперт заговорил об этом неспроста: в ближайшие 5 лет его правительство потратит около 13 млн канадских долларов на поиск… украинских экспортёров!
С металлургией ситуация несколько иная. Масштабные поставки за границу металлопроката, сырья всё ещё способны приносить собственникам предприятий миллионы в валюте, однако ведут и страну, и отрасль по скользкому пути. Конкуренция на международных рынках становится всё более жёсткой, и тут Украина проигрывает. За рынки сбыта приходится цепляться зубами, металл продавать за бесценок. Развитие отечественного машиностроения позволило бы потреблять его на внутреннем рынке, а на экспорт поставлять не сырьё и полуфабрикаты, а высокотехнологичную, с большой добавленной стоимостью продукцию — машины и механизмы. А значит — зарабатывать больше. Принцип тот же самый, что в примере о мёде.
IT наступает на пятки
В 2015 году украинские IT-компании экспортировали свои услуги на сумму $2,3 млрд — 17 % от общего объёма экспорта услуг и 3-е место среди отраслей, предоставляющих услуги зарубежным заказчикам, после транспорта и путешествий (туризма). IT-отрасль занимает 3-е место и в целом, после металлургии и агропромышленного комплекса (которые поставляют не услуги, а товары). По разным оценкам, от 80 % до 95 % этих услуг — аутсорсинг разработки программного обеспечения для различных нужд: от веба до игр и роботехники.
Но достигнутые результаты — далеко не предел, а скорее то самое дно, от которого можно оттолкнуться. В 2015 году IT-сферу подкосили война на востоке, перипетии вокруг нового налогового законодательства и прессинг со стороны силовиков. Однако в будущее сфера высоких технологий смотрит с оптимизмом. Если в этом году военная и политическая обстановка будет мирной, а законодатели смогут защитить бизнес от силовых структур, то разработчики выйдут на докризисный уровень разрастания — 30 % за год.
Что касается экспорта IT-услуг, то — опять же при соблюдении указанных условий — к 2020 году выручка за них может увеличиться более чем втрое, что выведет айтишников на 2-е место среди отраслей-экспортёров.
Пропасть отменяется
В этом же номере BZ разбирался в перспективах экспорта электроэнергии из Украины в ЕС, Беларусь, Молдову. Если коротко, в 2016 году Кабмин планирует на 8 млрд кВт-ч (более чем втрое) увеличить поставки энергии на западную границу. Из расчёта 3 евроцента за 1 кВт-ч (на рынках ЕС — от 2 до 4 евроцентов), то увидим возможность заработать около 240 млн евро за год. Однако для увеличения экспорта правительству придётся решить дилемму: обеспечить дополнительное поступление валюты и загрузить работой отечественные АЭС и ТЭС, но расплатиться за это «удовольствие» дырами в бюджете, — либо оставить всё без изменений, экспортируя менее 4 млрд кВт-ч в год.
В середине мая замминистра экономического развития Наталья Никольская заявила, что 1,2 млрд евро в двух траншах помощи ЕС заблокированы запретом Украины на экспорт необработанного леса. Интересы Европы к карпатскому лесу понятны; очевидны и будущие популистские заявления в духе «Не отдадим священные карпатские леса». Проблема в том, что вырубка «священных лесов» идёт полным ходом, сфера криминализирована не меньше янтарной. В то же время легальная, научно обоснованная продажа может приносить 1–3 тыс. евро за кубометр древесины!
Интересное и ещё не особо «засвеченное» направление экспорта — реализация стройматериалов. Между тем только в 2015 году украинских стройматериалов за рубеж продали более чем на $1,1 млрд, причём экспорт в 2,3 раза превысил импорт. Для дальнейшего наращивания поставок Украина уже сейчас либерализирует законодательство и технические требования к продукции — в Европе они намного мягче, чем наши госстандарты.
При взгляде на лидирующие позиции Украины в той или иной отрасли, а главное — на её экспортные перспективы, становится понятно, что никакого падения отечественной экономики в пропасть не будет. Но для этого нужно будет решить целый ряд задач в законотворчестве и государственном управлении. Чтобы торговать, но не распродавать страну.
Zavarnik