Масштабы современной миграции украинцев (в первую очередь трудовой) стали политическим вопросом. Власть по понятным причинам пытается это явление представить в как можно лучшем свете, оппозиция оперирует шокирующими цифрами. И те и другие опровергают заявления друг друга, но похоже, что о реальном положении дел осведомлены лишь единицы, имеющие доступ к большим массивам информации из разных источников: погранслужбы, таможенников, налоговиков, банкиров. Так насколько же велика проблема и чем она обернётся?
Непростая арифметика
Хотя мы не можем дать оценку масштабам трудовой миграции даже с точностью то сотен тысяч, но всё же можем достаточно приблизиться к истинным цифрам.
По данным Национального банка Польши и Варшавского университета, на начало сентября 2017 года там работали около 800 тысяч граждан Украины; по оценкам посла Польше в Украине Яна Пекло, около 1 миллиона примерно на тот же момент времени. Речь о легальных работниках.
На другом популярном у нас направлении трудовой миграции — в России — ищут заработка по меньшей мере 1,3 миллиона наших соотечественников. По данным российского МИДа, в прошлом году там находились 2,3 миллиона украинцев, но из них 1 миллион — с Донбасса (учитывая нелегальных работников). Что интересно, по данным нашего МИДа эта цифра намного больше — около 4 миллионов.
Таким образом, разговоры о 5–7 миллионах трудовых мигрантов из Украины — не просто политическая риторика. В этом мы убедимся, если вспомним классические для наших «заробитчан» Италию и Португалию. А ведь названная цифра составляет примерно треть трудоспособного населения в стране…
Едем мыть посуду?
Наивно полагать, что вследствие миграционных процессов Украина теряет только неквалифицированные рабочие руки и что вчерашние наши студенты или высококлассные профессионалы за границей «моют посуду». Украинских IT-специалистов с радостью принимают Германия, Польша, США — по несколько тысяч за год. И если верить результатам опроса портала DOU, это далеко не «юные самородки», на две трети — в возрасте 26–35 лет. Уезжают и целые команды (BZ рассказывал о практике перевода за рубеж целых офисов отечественных IT-компаний или местных подразделений международных гигантов). То же происходит с инженерами, учёными, врачами.
Украинцы готовы не только работать, но и делать бизнес за границей. Наши сограждане к концу прошлого года находились на третьем месте по количеству заявок на получение статуса так называемого электронного резидента Эстонии. Е-резиденты получают возможность платить налоги в этой стране. Кроме того, там нет налога на прибыль, — вместо него действует налог на выведенный капитал, и есть ряд других преференций бизнесу, в том числе признанная в мире реализация электронного на 100 % документооборота. Мы первые по количеству компаний, основанных в Эстонии благодаря е-резидентству; «наших» юрлиц в этой стране — более 300.
Впрочем, утечка мозгов — общемировой тренд. Если осознание этого может нас как-то ободрить…
Сплошной позитив
Если заменить термин «трудовая миграция» на идентичный, но более благозвучный — «экспорт трудовых ресурсов», и углубиться в экономическую сторону вопроса, явление это представляется не таким уж негативным! Особенно для страны, переживающей экономический кризис. Если наши специалисты в разных отраслях — ресурс, востребованный за рубежом, то почему мы должны сопротивляться экспорту этого ресурса?
Трудовые мигранты — эффективный канал наполнения экономики страны деньгами. По данным Нацбанка, украинцы в 2017 году перевели домой от $7,3 млрд до $9,3 млрд. Прямые иностранные инвестиции за тот же год составили всего лишь $1,8 млрд. Таким образом, вкладом в родную экономику «заробитчане» превзошли инвесторов по крайней мере в 5 раз даже по официальным данным. Эти деньги могут не только вливаться в оборот через покупку товаров, но и становиться фундаментом для создания уже в Украине мелкого и среднего бизнеса.
В то же время трудовая миграция снимает вопрос внутренней безработицы и сопутствующих ей социальных проблем. Временное пребывание на определённой должности в другой стране может дать работнику навыки и знания, полезные для дальнейшей работы или развития бизнеса у себя дома: знание языка, знакомство с новыми технологиями производства, разнообразный опыт. В истории есть примеры того, как экспорт трудовых ресурсов вытаскивал в конце концов страну к довольно высоким экономическим показателям. Италия — ныне участник Большой семёрки — один из ярких тому примеров.
Возвращаться не хотят
Понятно, что главные вызовы трудовой миграции — даже не в самом факте работы граждан за границей, а в том, как сделать этот процесс обратимым: чтобы после приобретения жизненного опыта и финансовых накоплений мигранты действительно захотели применить их на родной земле. Эта задача существенно сложнее, чем получение сиюминутной выгоды от миграции.
Рост украинских зарплат до 800–1000 евро, завершение войны и повышение безопасности граждан и бизнеса, создание комфортных условий для жизни — такие ответы предлагают политики и аналитики, исходя в том числе и из причин эмиграции. Но, к сожалению, проверенных методов с гарантированным результатом история не знает: Польше вернуть своих трудоспособных граждан в родную экономику не помогли ни специальная программа благоприятствования, ни быстро растущий ВВП, как и балтийским странам — реформы и либерализация бизнес-среды…
Zavarnik