В начале февраля в Верховной Раде был зарегистрирован законопроект № 9511 «О верификации и мониторинге государственных выплат». Документ вызвал немало вопросов и слухов, в том числе о том, что в процессе проверок могут лишать выплат чуть ли всех их получателей, включая пенсионеров. В этой связи «Донецкие новости» обратились за разъяснениями к экспертам.
Что такое верификация и как она работает
Глава Украинского аналитического центра, экономист Александр Охрименко считает, что верификация – хорошее дело. «В ЕС верификация работает давно. Фактически Украина делает что-то подобное. Есть правило: если человек хочет получать у государства финансовую помощь, он обязан доказать государству, что он это заслуживает. Речь идет о проверке имущественного состояния человека, который хочет получать от государства деньги. Если вы не хотите получать помощь, верификации не будет. Хочешь получать – соглашайся на верификацию, не хочешь – не проси у государства денег», – пояснил он.
Проверку осуществляют госорганы, в данном случае – Минфин и налоговая.
«Человек подает заявление, что хочет, к примеру, получать субсидию, пенсию по инвалидности или уходу за ребенком. Там же указывается свое имущественное состояние и доходы. Верификация – это проверка информации, которую предоставил заявитель. Если проверка установит, что заявитель не обманул, субсидия-пособия – будут. Если же сведения не соответствуют действительности, ни субсидии, ни пособия выдавать не будут», – описывает Охрименко возможную процедуру.
Экономист, политэксперт Тарас Загородний также называет решение о верификации правильным. «У нас должен быть обновленный, реальный реестр пенсионеров и получателей соцпомощи. Все должно быть понятно, четко, предсказуемо», – поясняет он.
По мнению эксперта, пока серьезных проверок нет, кто-то имеет хорошие «барыши, сидя на потоках средств», идущих в никуда, на те же «мертвые души».
Украина не готова к верификации
Финансовый эксперт Алексей Кущ поясняет, что верификация – завершающий этап любой реформы коммунального сектора.
По его словам, первый этап – это определение ценовой модели (рыночной), по которой население получает услуги на основании четких базовых цен. В Украине такой базовой ценой является цена на газ для населения и предприятий теплокоммунэнерго.
Второй этап – создание с помощью Министерства юстиции мультифункциональных реестров получателей субсидий. Такой реестр должен позволить государству контролировать имущественное, финансовое состояние человека. «Вплоть до того, сколько раз он поехал отдыхать, какие у него имеются транспортные средства, сколько заплатил налогов за последние три года, какие у него счета в банках. Должна быть налажена автоматическая обработка путем взаимодействия этого реестра с земельным кадастром, реестром недвижимого имущества, банковской системой, базами данных налоговиков и пограничников», – говорит Алексей Кущ.
Третий этап – выявление, условно говоря, получателей субсидий, которые ездят на «мерседесах», а также «мертвых душ», фиктивных субсидиантов – тех, кого в природе не существует, но на кого кому-то начисляются деньги из бюджета.
Кущ констатирует, что в Украине не завершен ни один из этих этапов. «Рынка коммунальных услуг у нас просто нет: поставки воды, газа, тепла – все это поделено между естественными монополиями. Существует разве что очень условный рынок в ОСМД, хоть программа их создания фактически провалилась. Цена на газ определяется не по справедливой формуле. А реестр субсидиантов, который создан Министерством социальной политики, представляет собой очень отдаленный вариант от того, каким должен быть. В частности, он не позволяет в онлайн-режиме формировать имущественно-финансовое портфолио субсидиантов. И государство не может выявлять липовых получателей помощи», – поясняет он.
Финансовый эксперт уверен: такая важная процедура как верификация не может опираться на гнилой фундамент. И чем слабее будет фундамент в виде тех же реестров, тем вероятнее будет наличие человеческого фактора с соответствующими последствиями – коррупцией, непрозрачностью, неэффективностью.
«Важно максимально автоматизировать процесс. И минимизировать человеческий фактор. Должны быть простые, прозрачные, четкие инструменты верификации, а не скатывание к хождению социальных инспекторов с проверками по квартирам, как это у нас делали (и делают) с переселенцами. Если такие "ревизоры" будут задействованы в верификации, то нужно ждать огромного количества конфликтов. К примеру, начнут требовать взятку за начисление субсидии. Или, если им "положат" хорошую зарплату, будут проявлять излишнее рвение – добиваясь лишения человека субсидии за, допустим, купленный новый холодильник», – дополняет Кущ.
Поводы для возмущений
По словам Александра Охрименко, с введением верификации поводов для возмущений среди граждан может быть много. «К примеру, у человека есть земельный участок в селе. Он может им не пользоваться, но указать обязан, как будто на нем зарабатывает чуть ли не круглый год. Сдает, к примеру, в аренду или выращивает овощи-фрукты. Если не сделает этого, за него это сделают государственные органы. Есть соответствующая методика подсчета, сколько чего можно вырастить на определенной площади. Насчитают, к примеру, что в год на этом участке можно заработать 5-10 тыс. грн. И – прощай, субсидия. Или, к примеру, есть у человека недвижимость. Тот же гараж. А машины нет. Могут посчитать, что гараж он сдает в аренду. Или имеется пустующая квартира в каком-то городе. Могут насчитать, сколько субсидиант мог бы получить, если бы сдавал ее аренду», – детализирует он.
Количество пенсионеров, по словам Охрименко, в результате верификации не сократится. А вот сумма пенсий – возможно. «Если при верификации выявят какие-то условные доходы, то при том же перерасчете пенсии человек с такими потенциальными доходами может не получить надбавку. А его сосед, не имеющий, к примеру, дачного участка, получит повышение. Хоть ранее у них пенсия была одинакова», – отметил глава Украинского аналитического центра.
С переселенцами тоже могут быть проблемы. «Они ведь по-разному переселялись. К примеру, у ВПЛ есть недвижимость, но нет документов на нее. Он не может пользоваться теми же квартирой или гаражом. Но ему будут засчитывать, как будто пользуется. Та же беда – с людьми, живущими близко в зоне боевых действий. Квартира-дом, в которых сейчас, к примеру, стоят военные, будут считаться сдаваемыми в аренду. Но денег за это люди, оставившие свое жилье, понятное дело, не получают. Так их еще и выплат могут лишить», – не исключает эксперт.
Проблемные моменты могут возникнуть с депозитами. «Размещал депозит, допустим, будучи в Донецке, а сейчас живет в Киеве. По документам депозит есть, но на сегодняшний день человек им пользоваться не может из-за недостаточного количества подтверждающих документов», – дополняет глава УАЦ.
По вот, по мнению Алексея Куща, людям, получающим различные виды соцпомощи на законных основаниях, бояться верификации не нужно. Но это не значит, что государство не придумает, как наказать всех и сразу.
«Важно – как будет проходить верификация. Ведь как показывает опыт реализации подобных проектов в Украине, у нас могут придумать такую сложную бюрократическую процедуру, что люди будут вынуждены сутками стоять в очередях, чтобы подать или получить какую-то необходимую для прохождения верификации информацию. Наши чиновники умеют сделать даже несложную процедуру мучительной и болезненной, максимально растянув ее во времени», – поясняет финансовый эксперт.
Если же задача – сэкономить бюджетные средства (а именно она стоит перед Кабмином), выдачу помощи могут заморозить на время прохождения верификации. «Придумают, к примеру, определенную процедуру, суть которой – новое оформление ранее причитающихся выплат. Судя по заявлениям, которые сейчас звучат, правительство с одобрения МВФ сделает все, чтобы простая форма получения субсидий канула в лету. Пока все это сдерживают выборы, а вот после них (в зависимости от исхода), скорее всего, и будет реализована достаточно громоздкая система верификации», – предполагает Кущ.
Александр Охрименко также считает, что механизм верификации запустят после цикла выборов. Не исключено, что с 1 января 2020 года.
Субсидиантов станет намного меньше
Число льготников в результате верификации может уменьшиться примерно в 2 раза. И, по мнению Охрименко, это правильно. «Льготников у нас должно быть меньше 10% от численности населения. В развитых странах – 5%. У нас же их сейчас – около 40%. Это перебор. Верификация поможет тем, кому помощь реально нужна. Прежде всего, пострадают субсидианты ЖКХ – их количество жестко урежут», – уверен глава УАЦ.
Экономист Тарас Загородний предполагает, что после верификации количество получателей субсидий может сократиться примерно на 30%. «Если все будет сделано профессионально и с соответствующими пояснениями (с чем у нас, как правило, проблемы), может обойтись без массовых протестов. Впрочем, их могут организовать те же чиновники, которых отстранят от кормушки на "субсидиальных потоках". Что-что, а собирать фейковые митинги у нас умеют», – акцентирует он.
Алексей Кущ считает, что цель верификации – сократить количество субсидиантов на 20-30%, и она достижима. «Сумма субсидий будет, скорее всего, расти, вслед за ростом тарифов, опережающим у нас рост зарплат и пенсий. В этом году тарифы будут расти на десятки процентов, а пенсии-зарплаты – в пределах однозначного числа. Таким образом, динамика роста тарифов будет опережать динамику роста доходов. Субсидии будут увеличиваться, а люди становиться все беднее», – отмечает он.
Чтобы уложиться в 55 млрд грн, которые заложили в госбюджет-2019 на субсидии, придется уменьшать количество их получателей. «Средняя субсидия на одно домохозяйство может вырасти на 10%, а количество субсидиантов уменьшиться на 20-30%. Тогда власть впишется в запланированную сумму. Если этого не удастся (к примеру, начнутся массовые протесты), то заложенная на субсидии сумма исчерпается уже к началу нового отопительного сезона. И правительству, которое будет у нас на тот момент, придется или срочно пересматривать правила субсидирования (сокращая, например, соцнормы при расчете субсидий, что прописано в меморандуме МВФ), или (чтобы не допустить социального взрыва) – резать другие статьи расходов», – резюмировал Кущ.