В этой истории — суть непростых взаимоотношений Украины и финансовых стартапов: наша страна достаточно хороша, чтобы создавать передовые финтехпроекты, но недостаточно хороша для их использования. Какие возможности сегодня могут предоставить банковские и «антибанковские» IT-продукты и что мешает им работать в нашей стране?
Непаханое поле для стартапов
У официального сайта сервиса TransferWise, упрощающего мультивалютные переводы между странами, нет ни русскоязычной, ни тем более украиноязычной версии. Ничего удивительного: стартап ориентируется на западного клиента, хотя не отрицает своей заинтересованности в многомиллионном рынке бывшего СССР. Между тем у истоков разработки ПО для проекта, оценённого в $1 млрд и получившего лестные отзывы Financial Times и The Economist, стояла команда программистов… из города Черкассы.
Создатели сервиса использовали вакуум, который создала консервативная и инерционная банковская сфера отсутствием ряда услуг, востребованных клиентами, но неинтересных самим финансовым учреждениям. Пустующее пространство быстро заполнили IT-разработки. Автоматизация, конфиденциальность, мобильность, которые для стартапа в любой другой отрасли были бы просто must have, в финансовом секторе становятся важным конкурентным преимуществом. Одно дело, отстояв очередь к кассе, отдать 10 грн банковской комиссии при оплате 0,85 грн за государственную админуслугу, и совсем другое — заплатить 0,85 грн одним нажатием кнопки в android-приложении смартфона, например.
К тому же для IT-предпринимателей запуск стартапа в финансовой сфере, как правило, автоматически снимает вопрос о монетизации, а следовательно — и о перспективах, и об инвестиционной привлекательности своего детища. А это ахиллесова пята большинства технологических стартапов во всех других направлениях.
Если банки не идут в интернет…
Упомянутый TransferWise позволяет обменивать и переводить деньги через границу… ничего не обменивая и не переводя. Скажем, у клиента «А» есть 1000 фунтов, но ему нужны евро на счету в европейском банке. А клиенту «Б» нужны фунты в британском банке, но на руках у него — 1250 евро (примерно 1000 фунтов). Займись они своими проблемами самостоятельно, на одни комиссионные ушла бы солидная часть этих сумм. Но сервис организовывает «взаимозачёт»: фунты пользователя «А», не покидая Британию, отправляются на счета пользователя «Б», аналогичная операция происходит с евро на континенте. Комиссия минимальная, обмен не нужен.
P2P-сервисы (peer-to-peer, равный-к-равному) — одно из главных направлений в современных технологиях, и в частности в финтехе. Стартапы «подводят за руку» пользователей друг к другу — и уже одним только этим значительно упрощают им жизнь. У меня есть фунты, у тебя — евро; у тебя есть товар, у меня — деньги; у меня есть бизнес, у тебя — инвестиции… Включите в это уравнение традиционные банковские инструменты посредничества — получите целый перечень дополнительных расходов и факторы, отодвигающие сделку во времени.
P2P-платежи, к слову, зачастую выступают уже не как отдельный самостоятельный продукт, а как часть сложных решений.
В «Украинском венчурном хабе» (а точнее — в его финтех-кластере) значительная часть стартапов специализируется на предоставлении платёжных инструментов, таких как проект «Казначей», а также техническом обеспечении программ лояльности — скидочных, накопительных, клубных систем. Не все украинские банки созрели даже для интернет-банкинга, а айтишники уже готовы предоставлять интернет-магазинам ПО под десятки видов расчётов.
С технической точки зрения уже не является проблемой даже запуск собственной электронной валюты. Упомянутые выше сервисы лояльности по сути и оперируют такими «валютами» — бонусами, баллами.
Третья большая группа финтех-сервисов — платёжные системы, но не для продавцов и поставщиков услуг, а для покупателей и заказчиков. Один сервис — сотни платежей. И, конечно, куда деваться от мобильных технологий? Многие IT-команды направляют свои усилия именно на мобильный банкинг.
Вне закона
Можно спорить о качестве тех или иных украинских финтех-стартапов, однако бесспорно то, что продукты отечественных разработчиков могли бы «закрыть» все ключевые на данный момент направления в электронных финансах Украины. Более того, одних только украинских продуктов было бы достаточно даже для здоровой внутренней конкуренции. Однако в реальности создатели украинских финансовых проектов на своей земле своими же наработками воспользоваться не могут. Отчасти это предопределено технологическим отставанием: вряд ли можно всерьёз рассуждать о массовости P2P-платежей, когда не все пользователи интернета имеют личную электронную почту. Но куда печальнее неготовность отечественного законодательства и правовой нигилизм блюстителей закона. Большинство перечисленных услуг не регулируется нашими законами, часть — вообще запрещены без банковской лицензии. Да и остальные не застрахованы от проблем: вспомним «наезды» силовиков и НБУ на Webmoney и сеть платёжных терминалов 24nonstop. В таких условиях выход на рынок финансовых услуг — дело крайне рискованное, и рисковать приходится средствами не только инвесторов, как в обычном бизнесе, но и клиентов.
В этих реалиях практически единственный шанс даёт финтех-стартапам союз с, казалось бы, прямыми конкурентами — банками. Слияние финансов и технологий стало одной из главных тем Всемирного экономического форума в Давосе этой зимой. Трудно представить лучшее признание совершающейся финтех-революции. В 2015 году в Киеве прошла конференция Fintech Ukraine — локальная, но также вполне официальная «презентация» новой эры в управлении финансами. И в Киеве, и в Давосе дискутировался вопрос, что финансовые стартапы могут выбить почву из-под ног банков. И выводы по итогам обоих мероприятий похожи: будущее — не только за конкуренцией, но и за теснейшим взаимодействием IT-сферы и банков.
Zavarnik