Пилотный проект отказа от государственного регулирования цен в прессе успели окрестить неудачным, упирая на последовавший за этим заметный рост цен. Но этот эксперимент можно считать стопроцентно успешным, если задача сдерживать цены изначально и не ставилась.
«После» не означает «вследствие»
Повышение цен после отмены госконтроля заметили все. И даже Госстат. За 10 дней октября особенно подорожали яйца (на 27,7 %); цены на молоко увеличились на 1,7 %, на курятину и говядину — на 0,6 %. Но, как учит нас формальная логика, «после» не означает «вследствие». Ещё в сентябре инфляция по сравнению с августом составила 1,8 %, тогда как предыдущие 3 месяца потребительские цены снижались.
Покупатель сталкивается с повышением цен в последнем звене цепочки — в рознице. Вот где, казалось бы, всё контролируемо! Но возможностей для ценового манёвра у одних только ретейлеров с избытком. Государство контролирует цены на молоко с жирностью 2,5 %? Не вопрос, на полках появится молоко с жирностью 2,6 %, цена на которое будет устанавливаться без оглядки на контролирующие органы.
Компенсировать выпадающую прибыль из контролируемых товарных категорий можно за счёт увеличения маржи с других товаров, которые станут пусть на копейки, но дороже. В цену товара закладываются и бонусы за размещение продукции на самых заметных местах в супермаркетах.
По версии самого правительства, механизм контроля за ценами не был эффективным и нёс в себе коррупциогенный потенциал. Премьер-министр Владимир Гройсман заявил, что отмена госрегулирования цен на продукты питания не должна повлиять на их стоимость. Это не означает, что цены не будут расти, ведь их движение определяется отнюдь не слежкой на рынке, а в первую очередь фискальной политикой самого государства и конъюнктурой в ключевых отраслях.
Логично и с чистым сердцем
Не нужно глубоких финансовых изысканий, чтобы понять: за последние полгода для всех отраслей себестоимость продукции выросла. Подорожали базовые компоненты любого товара или услуги: топливо, электроэнергия и всё от них зависящее. Всё это логично ложится в структуру основных затрат и с чистым сердцем вносится в себестоимость продукции.
Население, как правило, замечает рост тарифов для себя любимых, но не отслеживает их увеличение для промышленных потребителей. А ведь это чёткий инфляционный ориентир, который отзывается ростом цен производителей, а затем приходит в розницу. В сентябре цены в промышленности Украины увеличились на 2,6 %, хотя в августе этот рост составлял всего 0,2 %.
Интересно будет взглянуть на показатели октября, ведь НКРЭКУ вновь увеличила тарифы на электроэнергию для промышленных потребителей почти на 10 %. Для «Укрзализныци», например, это означает рост себестоимости перевозок на 2 %. А с учётом контроля цен на пассажирские перевозки и публично заявляемой их убыточности, пополнять выпадающие доходы монополиста предстоит грузоотправителям, пусть даже с определённым временным лагом. Это ещё одна закладка под будущий рост цен.
Прямое и косвенное
Все экономические агенты в Украине с оборотом более 1 млн грн работают по системе налогообложения, предполагающей оплату НДС. То, что непрямые налоги, в числе которых акцизы и НДС, являются налогами на потребление и де-факто обеспечиваются повышением расходов населения, — азбучная истина. Между тем в структуре госбюджета НДС занимает первое место, акцизы — второе. При этом доля налога на прибыль упала за 5 лет с 15,5 % до 8,1 %, что является следствием как падения производства, так и оптимизации уплаты этого налога экономическими агентами.
Падение производства неминуемо приводит и к сокращению поступлений по НДС, компенсировать которые можно увеличением налогообложения на импорт и экспорт. Акцизы на импортируемое топливо поднимают регулярно, и в совокупности с другими налогами они составляют около половины розничной цены горючего на АЗС.
Что касается экспорта, то для производителей продовольствия с начала года власти частично отменили спецрежим уплаты НДС, позволявший, как утверждают аграрии, аккумулировать средства для обеспечения деятельности. А с будущего года спецрежим будет и вовсе отменён. При этом продовольствия Украина с каждым годом вывозит всё больше и больше. Но включённость в мировую экономику предполагает подравнивание оптовых цен до мировых, а ведь там тоже цены растут. По данным Продовольственной организации ООН, в августе цены на продовольствие в мире по сравнению с августом 2015-го выросли на 7 %.
Доживём до января?
За отменой льгот для аграриев, как и за повышением тарифов, стоит МВФ. Однако в вопросе тарификации базовых энергоресурсов очевиден интерес и крупных монополистов, висящих на крючке внешних корпоративных заимствований. Гривня упала, а долгосрочные долги необходимо обслуживать в долларах.
Статистика крупнейшего игрока на рынке электрогенерации ДТЭК весьма показательна: за полгода продажа электроэнергии выросла на 5 %, выручка — на 24 %, EBITDA — на 305,5 %. Это прямое следствие роста тарифов на электричество, за которое население платит не только по счётчику, но и в цене приобретаемого товара, куда ещё и НДС заложен, чтоб казна не опустела. НДС тем и «хорош», что в конечном итоге за его увеличение всегда платит потребитель. Но если при постоянном росте себестоимости продукта директивно ограничивать рост его конечной цены, коллапс системы становится вопросом времени. Так что в ситуации с контролем потребительских цен положение самого государства становилось всё более двусмысленным, как в том анекдоте про Рабиновича. И решение под предлогом эксперимента «снять крестик» в каком-то смысле выглядит честным.
Эксперимент планируют завершить 1 января. Но это ничего не даст без сопутствующих изменений фискальной политики; а судя по структуре бюджета-2017 они-то как раз не планируются…
Zavarnik