С другой стороны, элементарный экономический здравый смысл требует принятия бюджета, но ситуация политического абсурда в парламенте заранее исключала возможность нормального принятия главного финансового документа текущего года. Регионалы вполне могли осуществлять управление экономикой в ручном режиме - прецеденты уже бывали. Могли регионалы, но не захотели…
Каким образом первый вице-спикер Калетник нуль-транспортировался из заблокированного кабинета в сесионный зал, никто так и не понял. И лидеры оппозиции потом не смогли ничего внятного сказать по этому поводу. Не иначе как в кабинете Калетника на втором этаже здания под куполом был тайный ход, которым он и воспользовался.
Воспользовался Калетник не только тайным ходом, но и микрофоном в сессионном зале. Он с места объявил регистрацию, после чего объяснил, что на повестке дня стоит принятие бюджета. А поскольку оппозиция своими действиями делает невозможным обсуждение проекта бюджета, то означенный проект будет принят без обсуждения.
Дальнейшее произошло быстро: глава бюджетного комитета Геллер кратко выступил, и коммунисты с регионалами при поддержке внефракционных приняли проект бюджета, после чего разразились дружными аплодисментами.
Что в этот момент делала оппозиция? Она была крайне возмущена. Настолько возмущена, что не смогла двинуться с места, чтобы помешать вопиющему нарушению регламента. Просто стояла и смотрела, как регионалы попирают ногами основы парламентаризма.
Лишь у одного оппозиционного нардепа, сидевшего в президиуме, дотянулась рука до спикерского звонка, и Раду огласил трезвон, который обычно призывает депутатов к порядку. Однако ни Геллера, ни Калетника, ни прочих регионалов этот трезвон не смутил.Более того, будучи единственной попыткой оппозици противостоять действиям большинства, этот трезвон сподвиг большинство на дальшейшие трудовые достижения. Уже через минуту после бюджета депутаты проголосовали за включение в повестку дня и тут же приняли в целом изменения в закон "О судоустройстве и статусе судей", который запрещает собирать информацию о судьях, а еще через минуту - проект изменений в уголовно-процессуальный кодекс, каковым разрешили судить и приговаривать людей без их участия.
Здесь оппозиция опомнилась и принялась препятствовать осуществлению депутатской деятельности, то есть, проще говоря, отобрала у голосующих депутатов несколько карточек. И у большинства сразу не стало большинства.Но Калетник был готов к такому повороту событий и предложил голосовать руками. О том, что это была "домашняя заготовка", после окончания сесии рассказал регионал и по совместительству глава счетной комиссии рады Владимир Олийнык. По его словам, "деструктивная деятельность" оппозиции была ожидаемой, а потому был продуман и "ручной" вариант действий.
Но это был не тот нудный и заятжной вариант, когда счетная комиссия разбивает зал на сектора и пересчитывает поднятые руки - нет! Это был современный, прогрессивный способ ручного голосования, который максимально сокращает все процедуры. Методику позаимствовали из бизнеса, где, как известно, голосуют пакетами акций. В парламенте же голосовали пакетами фракций.
Александр Ефремов и Петр Симоненко озвучили количество подконтрольных им депутатов (203 и 32 соответственно) и заверили руководство ВР, что все "штыки" в зале и голосуют единогласно.Нардеп Еремеев, которому предоставили честь сказать что-то подобное от имени внефракционных, в ужасе открестился: "Від всіх позафракційних я що маю сказати? Що всі позафракційні голосували? Я ж не бачу їх! Як я це можу сказати?" Еремеева оставили в покое и с чистой совестью объявили, что за закон проголосовали 235 нардепов.
После этого голосования посыпались одно за другим, Олийнык за секунду взглядом фиксировал количество проголосовавших и выдавал стереотипную цифру: "235 за!" - даже без подсказки Ефремова и Симоненко.
На оппозицию такое коварство регионалов и коммунистов произвело самое мрачное впечатление. Оппозиционые депутаты были готовы отнимать карточки, чтобы их оппоненты не могли голосовать, но не отрывать же регионалам руки! Это не по-европейски и не по регламенту, в конце концов! В результате оппозиция впала в депрессию и каталепсию, тогда как регионалы продолжали штамповать законы.
При всем относительно спокойном характере творившегося в парламенте безобразия, два человека таки умудрились пострадать. Регионалу Малышеву рассекли голову, причем подозревают бютовца Юрия Вознюка, а оппозиционерку Ионову ударили по голове, причем оппозиция подозревает того же Малышева.
Потом, в перерыве, Яценюк, Кличко и Тягнибок заявили журналистам на брифинге, что парламентаризм в Украине умер. В глазах журналистов метался немой вопрос: "Что ж вы, господа объединенная оппозиция, не бросили нашему парламентаризму спасательный круг, когда он шел ко дну? Почему не растерзали на месте хулиганов, чтобы те не затоптали наш парламентаризм до смерти? Почему не вырвали топор из рук палача, который так цинично на глазах у всех казнил украинский парламентаризм в особо извращенной форме?"
Да, собственно, этот вопрос и не был таким уж невысказанным - просто задавали его в мягкой форме, а потому ничто не мешало лидерам оппозиции вернуться к традиционной риторике и в который раз пообещать в скором времени представить подробный план действий. Мол, теперь свое слово должна сказать улица.
Какую "улицу" имели в виду лидеры оппозиции? Судя по обращению Яценюка к Януковичу с просьбой не подписывать нелегитимно принятые законы, речь шла об улице Банковой. Но Банковая сказала свое слово - вечером Янукович подписал пять принятых в четверг законов, в том числе и особо нашумевший "закон Колесниченко-Олийныка", в котором (см. таблицу) количество новых ограничений, случаев усиления ответственности и формирования новых уголовных норм просто зашкаливает. И всем нам в этой новой реальности как-то придется жить. Как именно - каждый выбирает сам.
Чтобы составить представление о том, что приняли депутаты большинства и что не помешали им принять депутаты от оппозиции, смотрите таблицу:
Обозреватель