Агросектор даёт Украине более 40 % ВВП и существенный валютный приток. Но любые погодные неурядицы могут заставить государство перекроить бюджет для покрытия убытков. В Украине застраховано всего около 5 % посевных площадей. Почему у нас не работает агрострахование и как оно работает за рубежом?
Две степени уязвимости
По данным Международной финансовой корпорации (IFC), объём агрострахования Украины в 2016 году увеличился в 2 раза; в целом было застраховано 675,6 тыс. га. Однако в десятилетней ретроспективе пациент проявляет признаки дистрофии: в 2007 году застрахованные площади превышали 2,3 млн га. Минувший год показал рост более чем вдвое по сравнению с 2015-м, но за счёт роста тарифов. Фермеры не уверены в том, что им будут возмещать убытки, жалуются на высокие ставки. Бывают ситуации, когда по договору страховой случай наступает при гибели 30 % всходов. Гибель, скажем, 28 % всходов уже не подпадает под компенсацию, хотя с точки зрения хозяйственника разницы нет. А страховщики полагают, что фермеры покрывают компенсациями собственные оплошности.
У агрохолдингов есть ресурс устойчивости: из-за территориальной распределённости земельного банка потери от страховых событий в одном регионе не будут критичными благодаря урожаю в другом. При этом крупные компании, а не более уязвимые фермеры, являются основной клиентурой страховых компаний. Но часто и те и другие страхуются «из-под палки»: только потому, что таково требование банков или государства.
Принцип добровольной принудительности
В Украине обязательно оплачивают страховку участники программ финансирования от госпредприятий и коммерческих структур. По статистике IFC, это свыше 60 % страховых премий. Многие программы кредитования покупки элитных семян и средств защиты растений у крупнейших мировых производителей предполагают оформление страховки, часть или даже половину стоимости которой аграрию покрывает сам банк или компания-партнёр. Такая система бросает украинских производителей в кредитно-технологические объятия транснациональных корпораций, но не повышает устойчивость отечественного агросектора в целом.
Страхование посевов обязательно при форвардном финансировании контрактов на выращивание продукции с государственными операторами сельскохозяйственного рынка. Например, заключивший форвардный контракт с Аграрным фондом или Государственной продовольственно-зерновой корпорацией обязан купить страховку на зерно, под выращивание которого выдаётся госфинансирование. Доля таких договоров в общем количестве страховых соглашений увеличилась на 9 % — до 32,9 %.
«Пожарный» подход
Уровень агрострахования заметно разнится от страны к стране. В США и Канаде застрахованные земли составляют 80–90 % от всех обрабатываемых площадей, в Испании — 60 %, во Франции — 30–35 %. В этих странах сектор софинансируется государством в зависимости от культур и типа страхования, от 20 % до 80 %. Разработкой стандартного страхового продукта занимается госагентство. Аккредитованные страховые компании предлагают стандартные решения по приемлемой цене, а государство субсидирует 50 % ставки. Страхование получается массовым и позволяет аккумулировать значительные средства.
Самый низкий уровень агрострахования там, где оно либо сугубо частное, либо монопольно государственное. В таких странах слабо развито мультирисковое страхование, а страховые продукты по отдельным рискам дороги. Почему? В сельском хозяйстве страховщик сталкивается с системными взаимосвязанными рисками. Одно дело — разовые выплаты по потере имущества или здоровья; совсем другое — когда большой процент обладателей страхового полиса несёт убытки одновременно по одному и тому же классу рисков. Тогда государству приходится выступать в качестве пожарного. В Украине такой «пожарный» раз в несколько лет «заливает» засуху деньгами: 2003 год — 356 млн грн, 2006-й — 120 млн, 2007-й — 99,1 млн, 2008-й — 17 млн, 2012-й — 300 млн.
В испанском частно-государственном варианте определённая доля разницы между премиями и выплатами взимается государством в виде катастрофического сбора в специальный стабилизационный фонд, не связанный с собственными ресурсами страховщиков. В норме этот фонд профицитный, ведь неурожаи случаются не каждый сезон. В результате засуха 2014 года обошлась Испании аж в 1500 евро при общем страховом возмещении аграриям 510 млн евро из стабфонда.
Возможно, «пожарный» подход в бухгалтерском смысле выгоднее надёжной системы агрострахования…
Эффект масштабирования
Возможности грамотной частно-государственной системы можно оценить и на примере массового катастрофического страхования КАТ в США. Всего за $100 фермер может застраховать все посевы одной культуры в одной административной единице. Компенсация относительно невелика: стоимость 30 % неполученного урожая, объём которого определяется как 50 % от средней многолетней урожайности, а цена — как 60 % от средней цены реализации продукции. Но при такой стоимости страховки можно дополнить портфель и более серьёзными целевыми полисами, — например, от падения средней урожайности или цены на урожай.
Участие государства в агростраховании позволяет продвигать собственную семеноводческую и техническую продукцию для АПК, что даёт мультиплицирующий эффект по всей линейке смежных отраслей. А страхование от погодных рисков оптимизирует технологии и совершенствует систему синоптического анализа.
В Украине есть возможность разработки стандартизованного страхового продукта для аграриев. Это базы данных урожайности основных сельскохозяйственных культур за 35 лет и климатических наблюдений, что позволяет прогнозировать погодные риски. И примеры успешных частно-государственных систем агрострахования найти можно. Вопрос в том, способны ли мы хотя бы скопировать эти примеры так, чтобы они работали на АПК в целом, а не на карманы менеджеров или чиновников.
Zavarnik