Проект бюджета-2017 предусматривает свыше 50 млрд грн на субсидии и только 0,8 млрд грн на энергоэффективность, тогда как Евросоюз до 2020 года намерен тратить на неё почти 100 млрд евро ежегодно. Что сделано и что планируется сделать у нас, чтобы перестать впустую обогревать окружающее пространство?
Неэффективная энергоэффективность
Закон об энергосбережении у нас датирован 1994 годом. В этом Украина стала одной из первых на постсоветском пространстве. Но отсутствие в документе чётких норм регулирования энергоэффективности во многом стало причиной нынешней плачевной ситуации, когда Украина лидирует в Европе по бездумной трате энергоресурсов. К примеру, в «дореволюционном» для Украины 2013-м ВВП Германии был в 25 раз больше нашего, а энергозатраты превысили показатели Украины всего в 3 раза; энергопотребности соседней Польши, хотя и доходили до 96 % от украинских, зато генерировали ВВП в 3,6 раза больше.
Если проанализировать статистику за последние 5 лет, можно увидеть, что наиболее энергоёмкие металлургическая и химическая отрасли в 2010 году расходовали почти половину всего импортируемого газа, — притом, что практически все предприятия этих отраслей находятся в частных руках.
Украина «лидирует» по выплавке стали мартеновским способом: эта технология в мире уже не применяется как устаревшая и энергозатратная. Износ ещё советских мощностей доходит до 70–80 %, что сказывается на производительности. Похожая ситуация в химпроме: отрасль потребляет примерно 10 % энергоресурсов всего промсектора страны, по итогам 2014 года энергоэффективность составляла половину от показателей европейских химиков. Причина та же: устаревшее оборудование и несоответствие мировым стандартам. И такая ситуация во всех отраслях украинской экономики.
Украинские производители вынуждены переориентироваться на европейские рынки; но непомерные энергозатраты, превышающие в некоторых сферах европейские на 70 %, делают продукцию неконкурентоспособной. По мнению экономиста Валерия Щербины, это уменьшает инвестиционную привлекательность украинских предприятий, поэтому собственники стремятся выжать всё из устаревших мощностей, пока те ещё работают, и не думают вкладываться в энергоэффективность.
ЖКХ: чемодан без ручки
Не меньшей, чем промышленность, чёрной дырой для энергоресурсов остаётся жилищно-коммунальный сектор. По утверждению профильного вице-премьера Геннадия Зубко, ежегодно внешние и внутридомовые системы теплоснабжения пускают на ветер около 11,4 млрд куб. м газа. Это 70 % годового импорта газа, а в деньгах — почти $2,3 млрд! А в целом в централизованных системах теряется до 60 % теплоносителя. И ситуация только ухудшается, ведь теплосети, как и жилой фонд, подвержены естественному старению. По расчётам экспертов, в термомодернизации нуждаются почти 90 % жилого фонда. А специалисты Госэнергоэффективности подсчитали, что только на модернизацию 25 % зданий до 2020 года необходимо будет свыше 8 млрд евро. И речь не просто об утеплении квартир, а о комплексе работ, включая и коммуникации.
Но если посмотреть на темпы утепления по программе «тёплых» кредитов, за 2 с небольшим года они охватили всего 1 % домовладений и около 2 % ОСМД. Последние, кстати, созданы примерно в пятой части многоэтажек, — такими темпами одно только утепление растянется на десятилетия. Отсутствие у жильцов мотивации брать кредиты на утепление объясняется в том числе и надеждой на субсидии, но правительство закладывает в бюджет-2017 на субсидии свыше 50 млрд грн, тогда как на мероприятия по энергоэффективности — только 800 млн грн. Такой перекос явно не будет способствовать экономии ресурсов.
Теперь Кабмин усилено пиарит создание Фонда энергоэффективности, который должен будет централизовать работу по энергосбережению. Запустить его планируется весной 2017 года, — если к тому времени ВР примет пакет законопроектов, которые должны кардинально изменить подход к проблеме энергосбережения. А ведь создание этого Фонда предусмотрено упомянутым законом об энергосбережении 22-летней давности! Мало того, некоторые из предложенных законопроектов по ЖКХ, которые преподносятся как революционные, уже обсуждались и должны были приниматься ещё в середине 2000-х. Видимо, Кабмин решил наглядно продемонстрировать справедливость пословицы, что новое — это хорошо забытое старое!
Есть сомнения, что упомянутый Фонд сможет эффективно работать без соответствующей структуры на местах. По мнению экс-руководителя Госинспекции по энергосбережению Игоря Черкашина, власти в своё время сделали ошибку, ликвидировав эту структуру.
На уровне идеологии
В ЕС вопросы энергосбережения вплоть до 1990-х тоже не решались системно. Но потом европейцы разработали целую идеологию экономии энергоресурсов и стали выделять на её внедрение значительные средства. Параллельно Европарламент принял ряд законов, которыми обязал страны-участницы заботиться об энергоэффективности на национальных уровнях. Это сопровождалось массированной разъяснительной кампанией насчёт экономии ресурсов, поскольку 40 % потребления приходилось на жилой сектор. И такой системный подход вскоре принёс плоды.
Инвестиции в энергоэффективность увеличили приток налогов в бюджеты стран, что позволило выделять на эти мероприятия всё больше финансов. Ежегодно в ЕС около 50 млрд евро вкладывается только в ремонт и модернизацию зданий, что позволяет создавать новые рабочие места, увеличивать поступления в бюджет и значительно снижать издержки на соцпособия, а чистый доход стран-участниц в целом составляет от 40 до 55 млрд евро.
В последние годы «фишкой» энергополитики ЕС стало внедрение технологий получения энергии из возобновляемых источников (ВИЭ). Цель — на использование в экономике и ЖКХ уже к 2020 году не менее 20 % из ВИЭ. Так что если сравнивать нынешнее состояние дел в Украине и ЕС, то нашему правительству можно поставить твёрдую двойку. Экономия ресурсов у нас хорошо выглядит в отчётах, а не там, где ржавеют трубы и промерзают стены старых домов.
Zavarnik