На Украине не стихает возмущение вокруг инцидента на Азовском море, где 17 июля катер Пограничной службы России столкнулся с украинским баркасом. При этом четыре рыбака, которые, по мнению российской стороны, промышляли браконьерством, погибли, еще одного удалось спасти.Абстрагируясь от вопроса, кто виноват в гибели людей (выживший рыбак утверждает, что россияне сознательно шли на таран, пограничники заявляют, что баркас потонул из-за собственных маневров), следует заметить, что в данном случае и в Киеве, и в Москве за деревьями не видят леса. Частный случай, пусть даже с человеческими жертвами, не может заслонить очевидной угрозы: из-за браконьеров и бесконтрольного вылова рыбы в целом Азовское море может лишиться своих рыбных запасов быстрее, чем думают самые отпетые пессимисты. Впрочем, любители незаконной рыбалки — это лишь одна из причин оскудения моря.
До недавнего времени Азовское море, мелкое (максимальная глубина около 14 метров) и быстро прогреваемое, по уловам рыбы на единицу площади занимало первое место в мире среди всех морских водоемов. Здесь ловились белуга, осетр, севрюга, камбала-калкан, камбала-глосса, черноморская сельдь, барабуля, кефаль, хамса, тюлька и множество видов бычка. Высокая продуктивность моря объяснялась быстрым воспроизводством рыбных запасов, обилием нерестилищ (на 10 квадратных километров акватории приходилось 1,3 квадратных километра нерестилищ), низкой соленостью (10,5 промилле) и большим притоком чистой пресной воды. В 1936 году улов рыбы в Азовском море составил 275, 5 тысячи тонн, в начале 60-х годов прошлого века этот показатель вырос до 760 тысяч тонн. С тех пор объем улова ежегодно снижался приблизительно на 16,6 тысячи тонн, и в настоящее время цифры середины прошлого века кажутся фантастикой.
Среди причин, в первую очередь повлиявших на сокращение рыбных запасов в советское время, ученые выделяют кардинальные гидрологические изменения в бассейне моря. В частности, строительство в 1956 году Цимлянского гидроузла и зарегулирование реки Кубань привело к сокращению пресноводного стока в море почти вдвое. При этом было изолировано большинство нерестилищ проходных видов рыб, в том числе осетра, белуги, севрюги, рыбца и других, которые составляли значительную долю улова. Кроме того, по мере развития промышленности и сельского хозяйства по берегам моря, увеличивались и безвозвратные заборы воды (из рек бассейна), преимущественно на орошение. Из-за этого в Азовское море стало поступать больше черноморской воды, что привело к повышению уровня солености, который, правда, в последние годы стабилизировался.
Забирая из моря воду, человек отдавал ему взамен отходы своей хозяйственной деятельности — соли тяжелых металлов, пестициды, нефтепродукты. К моменту распада СССР в бассейне Азовского моря производилось 17 процентов промышленной и 22 процента сельскохозяйственной продукции Союза. В настоящее время, по данным экологов, сточные воды в море сбрасывают 1200 промышленных предприятий. Основными источниками загрязнения считаются промышленные предприятия и порты Мариуполя — комбинаты «Азовсталь», имени Ильича, концерн «Азовмаш». Общий объем вредных сбросов оценивается в 5 миллиардов кубометров ежегодно.
Насыщение морской воды пестицидами периодически приводит к «заморам» — случаям массовой гибели рыбы. Причем в последние годы, после того как популяции наиболее чувствительных к загрязнению морских обитателей уже сократились настолько, что гибель их представителей проходит незамеченной, «заморы» настигли и неприхотливого бычка. Практически ежегодно десятки тонн бычка оказываются на азовских пляжах из-за так называемого «кислородного голода», когда температура воды в летний период поднимается настолько, что рыбам не хватает кислорода и они устремляются к берегу.
К середине 80-х годов прошлого века улов рыбы в Азовском море упал в 2-3 раза по сравнению с 1936 годом. Добыча проходных рыб сократилась за то же время в 5-15 раз, в том числе осетровых в 4-9 раз. Сейчас же белуга в море исчезла фактически полностью, да и поимка простого осетра представляется сверхсложной задачей. Еще одной причиной снижения промысловых уловов в несколько раз специалисты называют влияние желетелых организмов, проще говоря медуз, на кормовые ресурсы хамсы и тюльки, которые составляют львиную долю улова азовской рыбы. Но и медузы появились в Азовском море не сами по себе, а благодаря повышению уровня солености воды — как только пару лет назад он упал, это не замедлило положительным образом сказаться и на улове тюльки с анчоусами.
Ну а теперь, после того как у читателя сложилось представление о том, что происходит с морем, которое еще древние греки, римляне и даже дикие скифы ценили за рыбные богатства, стоит вернуться к бесконтрольному вылову еще оставшейся в Азовском море живности. Здесь сразу стоит сказать, что граница между Россией и Украиной, пролегающая по Азовскому морю и Керченскому проливу, до сих пор не делимитирована. И это при том, что в прошлом году стороны якобы полностью урегулировали все спорные вопросы, связанные с разделением керченского фарватера, и даже подписали соответствующее соглашение. Как считает бывший министр иностранных дел Украины Владимир Огрызко, Россия сознательно затягивает процесс делимитации, поскольку «согласно международному праву, линия границы проходит таким образом, что большая часть Азовского моря является украинской территорией». Что, по мнению экс-министра, не устраивает Москву.
Неопределенность с границей препятствует нормальному соблюдению природоохранных законодательств двух стран — попробуй разберись в такой ситуации, в чьей акватории находится браконьер, погнавшись за которым правоохранители сами могут стать нарушителями чужой границы?
Азовские браконьеры, в отличие, например, от тех, кто промышляет на Каспии и нацелен почти исключительно на вылов осетровых, не брезгуют ничем — белугу выбили, сойдет и камбала. Выбили камбалу — пусть будет бычок. После развала советских рыбколхозов, которые работали хоть сколько-нибудь упорядоченно, российские и украинские дельцы пустили в ход донные тралы, запрещенные еще в 70-х годах прошлого века. При таком тралении, получившем распространение в последние двадцать лет, не только перепахиваются придонные места обитания рыб и выкашиваются водоросли, где многие виды мечут икру (например, сарган), но еще и уничтожаются моллюски-фильтраторы — основа кормовой базы множества рыб, в частности осетровых. Кроме того, тралы поднимают муть, которая распространяется на десятки километров и сводит прозрачность воды к нулю.
По данным крымской ассоциации «Экология и мир», в настоящее время в Азовском море работают несколько десятков промысловых судов, применяющих все типы тралов. При этом официально указанные суда имеют разрешение на работу только кольцевыми неводами и на ограниченное количество вылова. На самом же деле об объемах общего улова можно только догадываться. В 2009 году экологи обратились в Генпрокуратуру Украины с просьбой проверить соблюдение запрета на траловый лов в Азовском море, но ситуация с тех пор мало изменилась. Местные жители при этом отмечают, что по сравнению с «лихими девяностыми» количество браконьеров сильно поубавилось, но уже непонятно, что послужило этому главной причиной — усилия властей или просто катастрофическое сокращение рыбных запасов.
Поскольку в первую очередь рыба исчезает вблизи берега, рыбакам приходится уходить за ней все дальше в море, где и происходят столкновения браконьеров с пограничниками. Тем более что рыба, как правило, нагуливает жир в северной части моря — у украинского берега, а икру идет метать в сторону России. После того как в июле россияне потопили баркас из Донецкой области, украинцы принялись вспоминать о подобных случаях, произошедших в последние годы. По словам жителей прибрежных сел, российские пограничники постоянно «гоняют» и периодически топят украинских браконьеров. И такие случаи в большинстве своем никакой огласки не получают: просто ушел человек в море, и с концами. А списать пропажу всегда можно на крайне неспокойный нрав моря — оно хоть и самое мелкое в мире, но бурное и держит лидерство по количеству ежегодно идущих ко дну судов.
Впрочем, трагического исхода при встрече с пограничниками всегда можно избежать — достаточно заплатить денег. Правда, размер откупа, по неофициальным данным, порой превышает десять тысяч долларов, за которые в любом украинском селе Приазовья можно запросто купить дом. Но некоторые соглашаются и выкупают своих родственников, которых россияне удерживают на своей территории.
В качестве подтверждения того, насколько российские пограничники не церемонятся с нарушителями, бизнесмен из села Безыменное Василий Коваленко выложил в интернет видео, на котором запечатлена погоня за браконьерами.
lenta.ru