Британия и Евросоюз обсуждают финансовые и календарные рамки окончательного расставания. Первый раунд переговоров завершён. Даже самые заядлые еврооптимисты вынуждены признать: процесс пошёл, и он необратим. Теперь представители заинтересованных сторон ежемесячно, а то и еженедельно будут встречаться для обсуждения вопросов, связанных с Brexit.
И тумбочка между кроватями
Чуть больше месяца назад в самом британском парламенте ещё шли дискуссии между приверженцами различных сценариев развития событий. Как известно, даже в команде премьера — Терезы Мэй были противники «развода». Джеймс Чепмен, бывший советник правительства, заявлял, что планы по выходу из ЕС утопят экономику Британии, и ссылался на мнение двух членов действующего кабинета, не называя, впрочем, имён. Известно, что ключевые министры — министр финансов Хэммонд и министр внешней торговли Фокс долго не могли найти общий язык в этом вопросе. Против Brexit высказывался экс-премьер Британии Тони Блэр. Однако на сегодняшний день стратегия расставания выбрана, причём наиболее быстрая и жёсткая из имевшихся в распоряжении правительства. Тереза Мэй прекратила споры, выступив с заявлением: Британия выйдет из ЕС в марте 2019 года, без каких-либо переходных периодов.
В подтверждение непоколебимости намерений британский парламент большинством голосов принял 12 сентября закон об отмене общеевропейского законодательства на территории Соединённого Королевства.
А поторговаться?
Не проблема, ответили представители Содружества. И выставили Британии счёт на 60 млрд евро как участнику бюджета 74 организаций ЕС. Так выглядит первоначальная оценка убытков «союзников». Лондон выставил встречное предложение: 40 млрд евро и сохранение действующего таможенного режима, — а через несколько дней передумал платить и эту сумму. Таким образом, размер компенсации не определён. Министр по вопросам Brexit Дэвид Дэвис заявил, что финансовый аспект согласуют не раньше октября этого года.
Надо признать, что для Великобритании озвученные суммы не так уж и велики, учитывая, к примеру, ВВП за 2016 год ($2,7 трлн). Однако при дефицитном бюджете страны выплата даже такого размера увеличит госдолг и может снизить позиции фунта на рынке валют.
Но скорее всего вопрос точной цены свободы для правительства не столь принципиален, чего не скажешь о вопросах будущего сотрудничества с ЕС и доступа на рынки капиталов. Пока британские министры демонстрируют непреклонность в этом вопросе, ведь затягивание процесса чревато потерей электоральных позиций, и без того пошатнувшихся из-за дискуссий о Brexit.
Сюрприз для «понаехавших»
Любой разрыв отношений так или иначе травматичен для обеих сторон. Очевидны риски такого стремительного центробежного процесса для Центральной и Восточной Европы. Высокие размеры зарплат в Британии, естественно, привлекали туда трудовых мигрантов. По данным Migration Watch UK, нынешним летом на острове трудились без малого 2,4 млн граждан ЕС. Теперь их положение становится зыбким; многим придётся по истечении двух-трёх лет вернуться на родину, что может негативно повлиять на трудовые рынки стран Европы. И хотя Мэй обещает сохранить безвизовый режим со странами ЕС, это не означает, что мигрантам предоставят «стол и дом» на неопределённый срок, как раньше.
С 1 февраля в Британии началось ужесточение миграционной политики: вступили в силу новые правила проживания иностранцев. Расширены полномочия британского МВД по выдворению из страны мигрантов, нарушающих те или иные правила, например — не имеющих медицинской страховки и регулярной работы. А сегодня неопределённость будущего статуса европейцев в Великобритании и падение курса фунта стерлингов к евро и другим валютам уже существенно увеличили число желающих вернуться на восточные границы союза: в Восточную Европу, страны Балтии, Венгрию и Румынию.
Помедленнее, пожалуйста!
Эксперты оценивают принятый вариант ускоренного выхода скорее негативно. Девальвация фунта, биржевой обвал, отток инвестиций, назревающий политический кризис… К тому же решение Британии не поддержали шотландцы, а это — в свою очередь риски центробежных тенденций там и в Северной Ирландии. Но есть и плюсы: по крайней мере, Британия начнёт экономить 62 млн евро в год, прекратив платить взносы в общую кассу.
Украине был бы на руку медленный сценарий Brexit, ведь Британия поддерживает евроинтеграцию нашей страны. Кроме того, разъединённая Европа вряд ли будет уделять нам столько же внимания. Размеры капиталов, которые будут изыматься из банков Соединённого Королевства, на порядок выше тех, о которых просят наши политики. Требование момента — заявлять о себе как о надёжном партнёре, готовом играть по мировым правилам.
А пока главный переговорщик от ЕС Мишель Барнье констатирует отсутствие явного прогресса в общении по основным темам Brexit. Обеим сторонам предстоит приложить немало усилий, чтобы обеспечить переход Британии из статуса члена блока в положение участника новых выгодных торговых соглашений.
Zavarnik