Лидер фракции Партии регионов Александр Ефремов в интервью объяснил, почему не стоит бояться фальсификаций на выборах, почему он сам говорит по-русски, откуда взялся закон о клевете и о многом другом. Александр Сергеевич, начало сессионной недели ознаменовалось отменой законопроекта, предусматривающего уголовную ответственность за клевету. По вашему мнению, надо было его отменять, или такой законопроект нужен?
Мы обсудили этот вопрос и, учитывая целый ряд составляющих, приняли решение о снятии его с рассмотрения. Сделал заявление президент, и рассматривать в дальнейшем этот законопроект, при том условии, что президент наложит на него вето, совершенно бесперспективно. Второй аспект - начались различные инсинуации по поводу того, что данный закон касается только журналистов. На самом деле это не так, не только их. А журналистов он касался лишь тех, которые занимаются клеветой. Прозвучали также заявления о недоверии к судам, о несовершенстве судебной власти, что может сделать закон рычагом управления. Но есть и другая точка зрения, бытующая среди граждан нашего государства. Она сводится к следующему: клевета сегодня еще и вид заработка, в том числе и в журналистской среде, даже в том случае, если исполнитель заказа абсолютно не отдает себе отчета в том, что словом можно убить человека. Таких фактов достаточно, мы их уже приводили.
Когда мы предложили журналистам сесть и вместе поработать в нужном направлении, в ответ последовало одно безапелляционное: «нет, только снимайте, мы не хотим даже обсуждать». Но мы не можем строить наше государство и жить в клевете. Ведь на этом уже зарабатывают деньги.
Еще одним яблоком раздора в обществе стал закон о языке…
Яблоком раздора был не закон о языке, а совершенно нерациональное поведение руководителей государства после известных событий 2005 года, когда начали людей переламывать через колено и рассказывать, дескать, если вы не «обукраинились», значит, вы люди второго сорта.
Некоторые договорились даже до того, что нужно целые территории обносить колючей проволокой. Сейчас они все отрицают, но это слышали миллионы людей.
Могу привести такой пример из того периода: я пришел в Кабинет министров по какому-то вопросу, стучусь в кабинет к одному чиновнику, захожу и говорю «здравствуйте», он, не поднимая на меня глаз, – «до побачення». И с такими фактами можно было столкнуться нередко.
Мы учили украинский язык в школе, у меня бабушка была украиноговорящая, в этом проблемы нет. Но большую часть нашей жизни мы жили в русскоязычной среде, и 92% моих избирателей общаются на русском языке. Я их уважаю, как и остальных моих избирателей.
Вы сказали, что большинства из трехсот депутатов не будет ни у кого в новом парламенте. А сколько, по-вашему, депутатов будет во фракции Партии регионов?
Ровно столько, сколько голосов отдадут нам наши избиратели. На сегодняшний день все социологи говорят, что Партия регионов лидирует как по многомандатному общегосударственному округу по партийным спискам, так и по мажоритарным округам. Мы надеемся, что наша фракция будет иметь в парламенте если не большинство, то все равно окажется самой большой и сможет сформировать большинство со своими коллегами.
Уже раздаются заявления, что выборы будут сфальсифицированы. По-вашему, будут ли? И кто их станет фальсифицировать?
Закон о «О выборах народных депутатов» мы приняли вместе с оппозицией. Тогда все лидеры оппозиции вышли и сказали, что этот закон – победа, что он принят настолько прозрачным и либеральным, что сфальсифицировать выборы по нему невозможно. И теперь совершенно удивительно, что они начали говорить, будто выборы будут сфальсифицированы. По всей видимости, почувствовав, что выборы они проигрывают. А некоторые лидеры, имеется в виду Тимошенко и ее соратники, даже обратились к иностранным государствам, заметьте, не к гражданам своей страны, с просьбой уже сегодня признать выборы в Украине нечестными. Характерно, что это было озвучено еще тогда, когда избирательная кампания и не начиналась. Согласитесь, совершенно некорректное отношение к людям, к своему государству и к самой идее выборов.
Верховная Рада проголосовала за установку на избирательных участках видеокамер. Они будут фиксировать только процесс голосования или и подсчет голосов?
Фиксироваться будет все, включая подсчет голосов. Но трансляция будет вестись исключительно с момента голосования.
Как утверждают практики, больше всего подтасовок и фальсификаций случается как раз в момент подсчета голосов.
Как вы себе это представляете? На сегодняшний день для участия в выборах зарегистрированы 22 партии, которые идут по партийным спискам, и более 60 тех, что идут по мажоритарным округам и имеют представителей в участковых и окружных избирательных комиссиях. Заявляя таким образом, мы подразумеваем, что у нас все люди продаются? Мы допускаем, что из 18 членов избирательной комиссии нет ни одного честного человека, который сумеет возразить? Я был когда-то председателем избирательной комиссии, и не представляю, как можно в период подсчета голосов что-то подтасовать в присутствии наблюдателей и журналистов, имея комиссии, укомплектованные различными политическими силами. Мы сказали, что бланки голосования являются бумагами строгой отчетности, хранящимися определенное количество лет. Если член комиссии, присутствовавший при подсчете голосов и взявший копию протокола, обнаружит, что по его протоколу были представлены другие результаты, он подаст в суд, и все члены избирательной комиссии по данному факту понесут уголовную ответственность. Не думаю, что кто-то даже за большие деньги станет рисковать своей репутацией и захочет завтра попасть в тюрьму из-за кого-то.
Поэтому я не вижу такого механизма, он не работает.®
«Главред»