Среди читательской почты есть особые письма тех, кто пережил все ужасы Великой Отечественной войны. Каждый такой рассказ – это невыдуманная история участников и свидетелей тех далеких событий.Война глазами ребенка
«Помню, как мы провожали отца на фронт. Всю дорогу до военкомата он нес меня, пятилетнюю девчушку, на руках. Мама с недоумением спросила его: «Саша, зачем ты берешь Инну на руки? Она уже взрослая и может идти сама». На что он с грустью ответил: «А может, я в последний раз держу ее? Может, и не увижу больше?» К сожалению, его слова стали пророческими. Вскоре мы получили сообщение, что он пропал без вести. Где погиб мой отец и где похоронен, так до сих пор и неизвестно.
…Когда немцы оккупировали Макеевку, они начали массово расстреливать евреев. Моя мама, Ольга Платоновна, спасла нашу соседку - тетю Соню и ее двоих детей. Ребят спрятала под кровать, а на женщину надела православный крест и обмотала голову бинтом. Когда полицай Иван Калягин пришел с немецким солдатом искать пропавшую соседку к нам в дом, то мама сказала, что тетю Соню не видела с вечера, а это ее сестра Варя из Сибири приехала, но по дороге заболела сибирской язвой. Немецкий солдат испугался и тут же вышел из комнаты, а полицай попросил сообщить, если увидим тетю Соню, так как только она не пришла...
…Мама строго-настрого запретила мне поднимать на улице различные игрушки, ручки. Оказывается, немцы прикрепляли к ним взрывчатку, и дети, которые брали их в руки, становились калеками…»
Инна Тимофеева, г. Донецк
Спасение танкиста
«…На фронт попал под Сталинградом. Тогда дни были грозные, и мне на слово поверили, что я 18-летний, хотя на тот момент мне даже 17 не исполнилось.
После обучения направили на фронт. Серьезное ранение получил в боях у Саур-Могилы. Тогда наш танк Т-34 подбили немцы. К счастью, товарищи вытащили меня из горящего танка. Получив тяжелое ранение бедра, я не мог самостоятельно идти. Нести меня друзья тоже не могли, так как сами были ранены. Я попросил, чтобы они пробирались к нашим, а потом пришли за мной. Спрятав меня в окопе, они пошли за подмогой. От жуткой боли я потерял сознание. Когда очнулся, услышал немецкую речь. Решил, что не сдамся в плен живым, хотел доползти до горящего танка и взорваться вместе с ним. Но тут вдруг нащупал автомат, который оставили мне боевые товарищи. Я не задумываясь открыл огонь …»
Иван Чертан, г. Донецк