«Своими действиями на родине он в итоге потерял 20% территории Грузии. Если продолжат его слушать на Украине, тоже многое потеряют. Я бы хотела предостеречь украинцев. Меньше пусть питаются иллюзиями», – заявила газете ВЗГЛЯД экс-председатель парламента Нино Бурджанадзе. Так она прокомментировала бурную активность, которую развернул в Киеве ее бывший соратник – экс-президент Михаил Саакашвили.Экс-президент Грузии Михаил Саакашвили отказался явиться 27 марта на допрос в главную прокуратуру своей страны, которая намерена пообщаться с ним как со свидетелем по 10 резонансным делам, в том числе по поводу загадочной гибели бывшего премьер-министра Зураба Жвании.
Саакашвили сейчас гостит в Киеве, где консультирует своих пришедших к власти старых друзей. Экс-председатель парламента Нино Бурджанадзе, лидер «Демократического движения «Единая Грузия», в беседе с газетой ВЗГЛЯД предостерегла украинцев от того, чтобы те доверяли Саакашвили. По ее мнению, экс-президент должен ответить за войну 2008 года, также она высказалась за диалог нынешнего грузинского руководства с президентом России Владимиром Путиным.
Нино Бурджанадзе: Ничего неожиданного в том, что Саакашвили отказался сотрудничать со следствием, для меня нет. Было абсолютно ясно, что он это сделает. Меня беспокоит, что, к сожалению, из-за неэффективности «Грузинской мечты» его «Единое национальное движение» (ЕНД) получило возможность восстать из пепла. ЕНД ожило, говорит с прежним гонором. Это обусловлено нерешительностью и некомпетентностью нового руководства Грузии. Против Саакашвили можно было бы аргументированно возбудить уголовные дела. Сейчас же Саакашвили получил возможность делать громкие заявления о политическом преследовании.
В перечне претензий к экс-президенту Грузии, который предъявила главная прокуратура, нет дела об ответственности за войну 2008 года. А следовало бы, как вы полагаете?
Н. Б.: Впервые ярлык «предателя» я получила от Саакашвили именно в 2008 году, когда сказала международным СМИ, что можно было избежать войны с Россией. Этого было достаточно, чтобы меня обвинить и чуть ли не назвать «агентом Кремля». Но я с самого начала боевых действий считала, что войны можно было избежать и что в ней вина Саакашвили огромная. Расследование обязательно должно иметь место. То, что нынешнее руководство ничего не сделало для его проведения, еще одна моя претензия к «Грузинской мечте».
Так окажется ли в итоге Саакашвили на скамье подсудимых?
Н. Б.: Если я приду к власти, то обязательно. Я не будут говорить вместо правосудия, но я уверена в его виновности по очень многим статьям. Мы должны сделать все для объективного расследования. Я бы это обеспечила, если бы в октябре стала президентом Грузии (тогда Нино Бурджанадзе заняла третье место, хотя многие прогнозы выводили ее во второй тур – прим. ВЗГЛЯД). Ни у кого не возникнет вопросов, что это реальная истина, а не политическое преследование.
Н. Б.: Не может быть никаких сомнений в том, что к нам в Тбилиси тогдашние власти Грузии проявили намного больше жестокости, неимоверной жестокости, чем это было в Киеве. Это абсолютно однозначно! Меня очень расстраивают двойные стандарты.
На беду людей, которые вышли отстаивать в Грузии демократические ценности, права человека, а их стали избивать и убивать, – никто не отозвался, не пришел на помощь. Никто нам пряники не раздавал! Несмотря на то, что у нас не было коктейлей Молотова и оружия. Не было ни одного случая захвата нами здания!
Мы стояли на проспекте Руставели в 20 метрах от дорогих магазинов, в том числе ювелирных. И ни одна витрина не была сломана, не было ограблений! А нас окрестили радикалами исключительно потому, что Саакашвили удалось приклеить нам ярлык «прорусских политиков». Именно поэтому нас практически никто не поддержал. А на Майдане мы знаем, насколько радикальными были иногда действия. Тем не менее их поддерживали, поили, кормили и поглаживали по голове.
Как вы прокомментируете тот факт, что Саакашвили консультирует новые власти Украины?
Н. Б.: Это нонсенс. Я очень расстроена этим. Я знаю хорошо и Яценюка, и Кличко, и Тимошенко. Когда они были в оппозиции, я пыталась заручиться их пониманием. После 26 мая 2011 года я первую пресс-конференцию провела на Украине. К сожалению, мы не нашли тогда понимания.
А сейчас я вижу рядом с ними Саакашвили, который разгромил оппозиционный митинг в Тбилиси, превысив силу, создал репрессивную систему, который коррумпирован. Он выходит на митинги на Майдане, и ему рукоплещут... Это больно. Это печально до слез. Что он там насоветует? Своими действиями на родине он в итоге потерял 20% территории Грузии. Если продолжат его слушать на Украине, тоже многое потеряют. Я бы хотела предостеречь украинцев. Меньше пусть питаются иллюзиями.
Во время сочинской Олимпиады президент Владимир Путин допустил возможность встречи с руководителями Грузии. Это живо обсуждали в Тбилиси, но сейчас как-то запала грузинских лидеров стало меньше. Нужно ли им встретиться с российским президентом?
Н. Б.: У меня не было никогда сомнений в необходимости прямого диалога с российским руководством по любым проблемным вопросам, тем более у нас с Россией накопилось их так много. В том, что с Путиным надо говорить однозначно, никто не сомневается, кроме горячих голов в грузинской политике. Это доказывает и кризис на Украине, когда и Меркель, и Обама, и другие звонили ему, общались.
В Грузии Саакашвили смог, к сожалению, через СМИ преуспеть в создании отношения к людям, которые говорят о нужности диалога с Россией, как к ам народа. Не много политиков осмеливается говорить в Тбилиси о необходимости переговоров c Москвой.
За полтора года правления «Грузинская мечта» могла бы реально улучшить отношения с Россией. Хорошо, что мы не ругаем друг друга и продаем вино на российском рынке, но надо решать вопросы территориальной целостности. Без прямых переговоров это невозможно. Не нашлось никого в грузинском руководстве, кто посмел бы разрушить саакашвилевские стереотипы, снять трубку, позвонить Путину и предложить поговорить об актуальном и важном.
15 июня в Грузии местные выборы. Вокруг вас объединяются ведущие непарламентские оппозиционные силы. Каковы ваши шансы?
Н. Б.: Мы набираем силу и надеемся на серьезный результат при весьма ограниченных финансовых возможностях и доступе к СМИ. Если мы покажем прорыв на местных выборах, то начнем добиваться досрочных парламентских выборов, чтобы прийти к власти.
На прошедших президентских выборах, я уверена, был сговор «Грузинской мечты» и ЕНД, чтобы не пропустить меня во второй тур, который я, безусловно, выиграла бы. «Грузинская мечта» должна, наконец, понять, что своей недееспособностью открывает возможность ЕНД вернуться во власть. Саакашвили грозит нам из-за рубежа – это не игра. Я его знаю. При всех его минусах он проявляет политические инстинкты и может напоследок серьезно подпортить ситуацию в Грузии.
vz.ru