Первоочередными задачами украинских властей должны стать вопросы урегулирования конфликта на Донбассе и активизации темпа проведения реформ. Это не только улучшит инвестиционную привлекательность нашей страны, но и сделает нас ближе к Европе.
О российском военном вторжении в Украину, мнении европейцев о нашей стране и взаимоотношениях между Венгрией и Украиной корреспонденту "Апострофа" АРТЕМУ ДЕХТЯРЕНКО рассказал Чрезвычайный и Полномочный Посол Венгрии в Украине ЭРНО КЕШКЕНЬ.
— Господин посол, как вы оцениваете ситуацию в Украине после Революции достоинства? Что, по вашему, изменилось? Насколько эти изменения заметны?
— Я думаю, что изменения огромны. И они заметны. Украинское общество выбрало европейский путь, и мы, со своей стороны, это очень приветствуем и поддерживаем. По моему мнению, особенно заметны изменения в менталитете общества. Сейчас украинцы гораздо ближе к Европейскому союзу и европейским ценностям. При этом следует отметить также изменения в других сферах. Начался процесс проведения реформ, появились новые люди.
— Вы имеете в виду иностранцев?
— Не только их, но и новых украинских политиков. Гораздо сильнее стало гражданское общество. Оно начало оказывать заметное влияние как на политику в целом, так и на руководство страны. В министерствах появились новые люди — люди из бизнеса, у которых другой менталитет. У них совсем другой подход, с ними легче договариваться. И это реально чувствуется.
— А насколько ощутимы и видимы проводимые украинскими властями реформы?
— Изменения в Украине только начались. Это долгий и сложный процесс. Но я думаю, что главный позитив в этом — то, что реформы начались. Их надо углублять. Общество, возможно, пока этого не чувствует. Было принято много законов, но еще необходимо внедрить их в жизнь. Они принимаются довольно быстро, однако пока это всего лишь бумага, которую нужно превратить в действительность.
— А насколько сам Европейский Союз заинтересован в развитии взаимоотношений с Украиной?
— Я думаю, что об этом говорят наши действия. Мы подписали Соглашение об ассоциации, начали осуществлять его политическую часть и надеемся, что с первого января 2016 года вступит в силу и его экономическая часть. Это свидетельствует о заинтересованности ЕС в Украине. Мы поддерживаем вашу страну в политических и экономических вопросах. В первую очередь, мы заинтересованы в стабилизации Украины. Всем понятно, что на востоке идет вооруженный конфликт, поэтому каким-то образом необходимо заключить мир, найти общий язык там. Этому помогают и международные организации, к примеру, ОБСЕ. Венгрия, в частности, направила в мониторинговую миссию 23 своих наблюдателя. То, что мы поддерживаем этот процесс,— однозначно. Без мира просто невозможно заниматься экономикой.
— То есть экономика — это уже следующий этап?
— Когда будет установлен мир, нужно будет заняться стабилизацией экономики. Я думаю, что это станет долгим и сложным процессом. И об этом говорят международные экономические организации. Такие учреждения как МВФ, Всемирный банк и другие поддерживают Украину. Они предоставляют кредиты. Я понимаю, что этих денег недостаточно, но все-таки это говорит о том, что международные организации поддерживают Украину, желают экономической стабилизации страны.
— Если говорить об упомянутой вами имплементации экономической части Соглашения об ассоциации между Украиной и ЕС, то на прошлой неделе Москва инициировала очередной раунд трехсторонних консультаций для пересмотра условий режима свободной торговли между Украиной и Евросоюзом. Как вы относитесь к этому? Может ли установленный на 1 января следующего года срок быть перенесен
— Я считаю, что это вопрос взаимоотношений Украины и Евросоюза. Россия, безусловно,— влиятельная страна, однако если руководство Украины приняло соответствующее решение о вводе экономической части соглашения, мы поддерживаем его. И я очень надеюсь, что это случится.
— Каким образом Украина может повысить свою инвестиционную привлекательность?
— Мы как раз и говорим об этом. Представьте, что есть страна, где нет мира, где фактически идет война, где, несмотря на прекращение огня, продолжают погибать люди. Иностранный капитал боится вкладывать в такое государство. Поэтому самым важным шагом для создания благоприятного экономического климата является заключение мира. Затем есть ряд вопросов, над которыми следует поработать. Нужно обеспечить законность в экономике.
— Вы имеете в виду борьбу с коррупцией?
— В том числе. Правительство должно продолжить уже начатые инициативы. Был принят закон "О Национальном антикоррупционном бюро Украины". Однако пока соответствующее ведомство не было создано интервью состоялось до назначения главы Антикоррупционного бюро - "Апостроф"). По моему, это процесс идет медленно, его необходимо ускорить. Впрочем, я понимаю, что новости коррупция — достаточно распространенное явление в Украине. Добиться успеха в борьбе с ней завтра не получится. Но нужно все-таки начать.
— Раз мы уже затронули тему "длинного пути", то возникает вопрос перспективы членства Украины в Европейском Союзе. Когда, по вашему, это возможно?
— Это очень трудный вопрос. Если рассматривать венгерский опыт, то даже в социалистическое время у нас были достаточно глубокие экономические реформы. В Венгрии всегда были продукты, товары и так далее.
— Но ведь Венгрия исконно была европейской страной.
— Можно и так сказать. Хотя мы и были частью так называемого соцлагеря. У нас всегда были реформы и никогда не было пустых магазинов. Поэтому, когда мы начали этот процесс, страна находилась в более стабильном положении, чем сейчас Украина. Когда в 1991 году мы подписали Соглашение об ассоциации, его ратифицировали уже в следующие годы, и в 1994 году оно вступило в силу. После этого начался процесс подготовки к членству в ЕС, который закончился только в 2004 году. И это несмотря на то, что страна была достаточно развита в плане реформ. Поэтому для Украины, которую мы всячески поддерживаем, это будет очень тяжелым процессом. Ваш президент говорит о том, что через шесть лет Украина может стать кандидатом на получение членства. Дай Бог, чтобы это было реально. Однако для этого нужно очень много работать, быстрее проводить реформы.
— Украинцы уже свыклись с тем, что наши политики много обещают, но мало делают. Взять, к примеру, возможность введения безвизового режима между Украиной и Европейским Союзом, предоставление которого ожидалось в ходе Рижского саммита Восточного партнерства в мае этого года.
— Это непростой вопрос. Некоторые страны, в том числе и Венгрия, поддерживают безвизовый режим для Украины.
— Непосредственно в мае?
— Мы считаем, что если Украина выполняет все условия, делает свое "домашнее задание", тогда его надо дать. Если Украина готова, со всеми техническими условиями, а сейчас это не готово, тогда такой режим нужно предоставить. Мы это поддерживаем. Если до Риги Украина готова не будет, нужно предоставить стране хотя бы дорожную карту в данном направлении. Мы понимаем, что население вашей страны очень ждет безвизового режима. Это значительно облегчило бы поездки простого украинца в Евросоюз. Поэтому мы говорим, что если Украина выполнит все технические условия, тогда нужно этот режим предоставить. Получается, что пока по этому поводу идут споры внутри Европейского Союза. Пока это неясно.
— То есть дело исключительно в готовности Украины, а не в наличии политической воли ЕС?
— Я думаю, что политическая воля Евросоюза, по крайней мере большинства стран-членов, имеется. Я в этом уверен.
— Министр иностранных дел Украины Павел Климкин выразил надежду, что безвизовый режим будет "работать" уже с начала следующего года. Можете это как-то прокомментировать?
— Я повторюсь, что этот вопрос очень сложный. Вы понимаете, что подобные решения со стороны ЕС принимаются не каким-то отдельным государством. Например, Румыния является членом Евросоюза, но не членом шенгенской зоны. Она еще не выполнила своей задачи по установлению контроля над границей. А сколько километров границы между Украиной и Россией? Как это можно контролировать? Раньше, по сути, такого контроля и не было, это же братские государства. Никто не думал, что будет война.
— А как к событиям на Донбассе относятся в Венгрии?
— Мы, будучи членом Европейского Союза и НАТО, и это очень важно, поддерживаем Украину, поддерживаем ее территориальную целостность и суверенитет.
— Это известная позиция официальных властей. Однако телевизионные сюжеты свидетельствуют о том, что население вашего государства не знает истинного положения дел на востоке Украины.
— В Венгрии довольно сильно ощущается работа пропаганды. Это нужно учитывать.
— Чем Венгрия готова помогать Украине?
— Мы уже помогаем и поддерживаем ваше государство в вопросах международной политики, мы выступаем за единое мнение стран Европейского Союза, держим общую линию в ЕС и в НАТО. Также мы оказываем экономическую поддержку. В первую очередь, мы хотели бы сделать венгерско-украинскую границу более открытой, открыть дополнительные пограничные пункты, в том числе — с совместным контролем. Кроме того, у нас есть намерения о построении автомагистрали между нашими государствами. К примеру, наша автотрасса "М-3" на границе с Украиной будет функционировать уже через два года. Есть планы также в отношении железной дороги. Кроме того, мы оказываем много гуманитарной помощи, участвуем в разных международных миссиях, выделяем средства для беженцев. Мы хотели бы взять детей беженцев в Венгрию и в Закарпатскую область на отдых, а также помочь с их образованием непосредственно в Киеве. Что касается тяжелораненых солдат, то мы проинформировали наших украинских друзей, что готовы взять на лечение и реабилитацию 20 человек. 6 человек уже находится в Венгрии. Я думаю, что это очень важно. Люди должны чувствовать, что мы их поддерживаем. Есть много вариантов придания импульса нашим экономическим взаимоотношениям, именно поэтому 14 мая в Киеве мы организовываем конференцию Doing Business in Hungary. Параллельно с этим в Будапеште будет проходить аналогичное мероприятие, организованное посольством Украины в Венгрии.
— Какие еще сферы экономики являются приоритетными?
— Во-первых, это торговля. У нас с Украиной существует очень солидный товарооборот. Даже во время кризисной ситуации в 2013 году он составил свыше $4 млрд. В прошлом году, во многом — из-за конфликта, он снизился на 10-12%. Точных данных пока нет. Среди стран СНГ Украина является вторым по величине партнером Венгрии после России. Поэтому торговля — в приоритете.
И мы не только говорим об этом. В Венгрии поменялось название и функции МИД, сейчас это министерство иностранных дел и внешней торговли. Мы включили туда даже средства для этого. Во-первых, туда был включен Exim Bank, который сейчас работает в рамках МИД. Также привлечены страховые компании, сеть торговых домов. Мы хотели бы открыть торговые дома, которые помогли бы нам в увеличении и продвижении торговли. Первый торговый дом мы откроем в мае в Ивано-Франковске. Мы считаем, что этот дом будет курировать Западную Украину и поможет развивать торговые отношения. Также мы хотели бы открыть торговый дом в Киеве и на востоке страны. Кроме того, привлекательными являются энергетический и банковский секторы, а также туризм.
— Вы уже заявили о том, что поддерживаете единую позицию Евросоюза в отношении санкций против России. Как в таком случае вы можете прокомментировать слухи о том, что некоторые члены ЕС, в том числе и Венгрия, все-таки выступают против такой идеи?
— Это очень важный вопрос. Дело в том, что эти ограничительные меры очень вредны для венгерской экономики. Из-за санкций мы потеряли около миллиарда долларов. Впрочем, несмотря на это, мы понимаем, что единое мнение стран Европейского Союза — это очень важно. Поэтому мы поддерживаем их. Санкции — неполезны для Венгрии, даже вредны. Нам это не нравится, но все-таки мы их поддерживаем. И мы не планируем отказываться от них. Позиция Евросоюза об их продолжении останется единой. В случае если, не дай Бог, ситуация на востоке ухудшится, мы готовы рассмотреть возможность их ужесточения. Венгрия ни в коем случае не планирует уйти от санкций. Все подобные разговоры являются пропагандой, элементом гибридной войны.
— То есть в отношении Венгрии — это неправда. А есть ли страны, которые действительно выступают против санкций?
— Есть страны, которые говорят о том, что это вредно для их экономики. Но есть ли государство, которое хотело бы отменить санкции,— об этом мне неизвестно.
— А каковы условия отмены ограничительных мер? В частности, в ходе последнего саммита ЕС санкции в отношении России привязали в выполнению Минских договоренностей.
— Мы поэтому и поддерживаем выполнение Минского договора. Мы считаем, что только мирным путем возможно решить этот вопрос. Если в этой сфере будут продвижения, потом с РФ можно будет снять санкции. Мы надеемся, что это будет. Если ситуация улучшается, то почему бы и нет?
— Дело в том, что санкции, грубо говоря, можно разделить на два вида: в отношении России в целом и в отношении Крыма. Представители США заявляют, что ограничительные меры против полуострова будут сняты только в том случае, если Крым вернется в состав Украины. Какая на этот счет позиция Евросоюза?
— Вы знаете, когда мы говорим, что поддерживаем территориальную целостность и суверенитет Украины, мы, безусловно говорим также и о Крыме. Без вопросов.
— На фоне ухудшения взаимоотношений между Россией и Европейским Союзом — как следует расценивать недавний визит Владимира Путина в Будапешт?
— Я думаю, что это исключительно прагматическая политика. Это наш национальный интерес. Это ни в коем случае не направлено против Украины. Просто для нас Россия (и в Украине должны это понять) — очень важный экономический партнер. Это третий партнер нашего государства, после Германии и Австрии. Это во-первых. Во-вторых, следует учитывать тот факт, что мы импортируем из РФ наши энергоносители. Это больше, чем 80%. Мы ищем также другие источники, пытаемся диверсифицировать их, однако пока более 80% мы получаем из России. Это чисто прагматический подход.
— Венгерский взгляд на это может не совпадать с позицией россиян. Нет ли опасений, что в РФ такую зависимость могут использовать в качестве рычага оказания влияния?
— Я такого не чувствовал.