Уже два месяца прошло со дня принятия парламентом во втором чтении Закона о запрете табачной рекламы и спонсорства. Без преувеличения можно сказать, что тема этого документа актуальна для всех – и некурящих, и курящих. Последние, наверное, даже больше следят за развитием событий вокруг закона, который ущемляет их права как потребителей. Почему же, при всей актуальности закона, он до сих пор не подписан главой парламента? Почему за прошедшие два месяца вокруг него так много шума?
Несмотря на поддержку конституционного большинства (332 депутата из 370 зарегистрированных в зале), законопроект отправился в Секретариат Верховной Рады «непричесанным». Это стало следствием того, что в погоне за популярными «антитабачными» формулировками депутаты во время второго чтения наполнили текст законопроекта нормами, противоречащими друг другу.
После устранения несогласованностей Секретариат парламента отправил законопроект в Комитет по вопросам свободы слова и информации.
И вот тут начались «чудеса», которые, собственно, послужили причиной жесткой дискуссии в СМИ между главой Комитета Андреем Шевченко и его заместителем Еленой Бондаренко.
Андрей Шевченко через свою пресс-службу начал «давить» на спикера Литвина, требуя скорейшего подписания закона, причем без учета уточнений, внесенных в Секретариате. Более того, он направил на имя главы парламента два письма от имени комитета, в которых содержалось соответствующее требование.
Литвин же не смог бы подписать законопроект в предлагаемом Шевченко виде, даже если бы хотел этого. Есть соответствующая процедура, и она предполагает спикерскую подпись только того варианта документа, который одобрен в профильном комитете. Шевченко же почему-то решил, что «Комитет – это я», тем самым подставляя главу парламента и толкая на нарушение регламента.
О мотивах такой позиции Шевченко можно только догадываться. Впрочем, известно, что Шевченко тесно сотрудничает с антитабачными активистами, осуществляющими свою деятельность за счет западных грантов. А для тех, если говорить прямым текстом, несуразный закон – это повод для дальнейшего его «усовершенствования». И повод для составления новых смет для финансирования Фондом Блумберга и другими организациями, «борющимися за освобождение мира» от табачного дыма.
То, что нежизнеспособный закон создает проблемы отечественным производителям и потребителям, в расчет не берется. Не говоря уж о том, что такой документ не способствует снижению уровня курения в Украине.
О том, что законопроект №5164 является результатом «отработки» грантов, получаемых украинскими борцами с табакокурением от Фонда Блумберга, в сессионном зале прямо заявлял Тарас Чорновил, один из немногих депутатов, восставших против антитабачного популизма. «Большинство антитабачных законопроектов, которые сейчас рассматриваются в Верховной Раде, – неадекватны теме, которая заявляется. Они не влияют на уменьшение количества курильщиков. Взять хотя бы законопроект №5164. …Есть известный американский Фонд Блумберга, который борется с курением. Он дает гранты украинским общественным организациям, которые на этом хорошо зарабатывают. Но они должны демонстрировать и работу – вот и вносятся законопроекты», – именно так Чорновил прокомментировал «специфику» украинской борьбы с курением.
В упомянутом заявлении пресс-службы Шевченко содержится обвинение в адрес первого заместителя главы Комитета по вопросам свободы слова и информации Елены Бондаренко, которая якобы предоставила спикеру фальсифицированный законопроект, текст которого «расходится со стенограммой рассмотрения законопроекта в зале». То есть Шевченко выступил с нешуточным обвинением в адрес своей подчиненной по комитету.
Бондаренко вполне предсказуемо возмутилась.
Во-первых, она указывает на то, что именно Шевченко на бланке Комитета и от имени Комитета направил письма спикеру с требованиями скорейшего подписания закона в его недоработанном виде.
Во-вторых, Бондаренко подчеркивает: подписанный ею документ – это не больше и не меньше, чем решение Комитета, поддержанное 9 депутатами из 9 присутствующих на заседании 5 октября 2011 года. Поэтому статус письма Шевченко – не более чем личное мнение депутата. Даже с поправкой на то, что этот депутат возглавляет Комитет. Соответственно, коллегиальное решение 9 человек – это и есть официальная позиция Комитета. Даже с учетом того, что против этой позиции выступает глава Комитета.
В-третьих, Бондаренко прозрачно намекает Шевченко, что он уже один раз поплатился за «особый почерк» работы в качестве главы Комитета. Так, в 2007 году Комитет по вопросам свободы слова и информации высказал недоверие Шевченко и инициировал его отзыв с должности именно в связи со склонностью к фальсификации протоколов заседаний Комитета.
В общем, существует вероятность, что неприятная для Шевченко история может повториться…
Характерно, что позицию Бондаренко поддерживают и другие члены комитета. Так, по словам Юрия Стеця («НУНС»), 15 ноября на заседании большинство в Комитете проголосовало за то, чтобы учесть комментарии Главного юридического управления, которые являются чисто техническими, и направить закон на подпись Владимиру Литвину с учетом этих комментариев.
То есть юридическая состоятельность решения Комитета, подписанного Бондаренко, была подтверждена еще раз. Ни о какой «фальсификации» речь не идет.
Кстати, нелишне задуматься о том, в чем же истинная причина постоянного оттягивания подписания документа? И кто в этом реально заинтересован? По сути, идя на служебные нарушения, Шевченко, затягивает волокиту вокруг проекта №5164. Другая антитабачная активистка с депутатским мандатом Леся Оробец, которую на днях депутат Юрий Зарубинский красноречиво назвал «грантосиси», тоже во всеуслышание заявляет, что «проект подменили. Тем самым, и Шевченко, и Оробец блокируют подписание готового, юридически выверенного законопроекта, который всех устраивал.
Почему эти депутаты блокировали подписание одобренного комитетом документа? Не потому ли, что на них давят антитабачные организации, с которыми они тесно сотрудничают и с которыми вместе получают деньги Блумберга и ему подобных?
Конечная же цель антитабачных общественных организаций – переголосование проекта. Это действо потом будет преподнесено в таком свете, что в Украине действует мощное табачное лобби, для борьбы с которым нужны новые и новые «порции» грантовых денег. Именно «борцы с курением» являются наиболее заинтересованными в том, чтобы проблема оставалась. Ведь, если проблемы не будет, то не будет и повода убедительно попросить очередной транш от западных мультимиллиардеров, увлекшихся благотворительностью, но при этом не вникающих в «украинские реалии».
versii.com