Новый министр здравоохранения АЛЕКСАНДР КВИТАШВИЛИ видит своей главной задачей наведение порядка в госзакупках и проведении тендеров по приобретению лекарств. Кроме того, он рассчитывает заложить в бюджете-2015 года новый принцип финансирования медицинского сектора по схеме «деньги ходят за пациентом», при котором государство будет финансировать конкретные услуги. О своих планах по реформе украинской системы здравоохранения господин КВИТАШВИЛИ сегодня рассказал журналистам.‒ При каких обстоятельствах вам предложили должность? Кто вам позвонил?
‒ Я был в Нью-Йорке, и мне позвонил мой друг и соратник по грузинскому правительству ‒ Ладо Гургенидзе. Я не знаю, кто с ним связался ‒ компании, которые искали людей для правительства, или из самого правительства либо администрации президента. Он сказал, что со мной хотят поговорить, и я абсолютно не имел понятия, что речь пойдет о должности министра здравоохранения. Я в Украине работаю уже на протяжении 3-4 месяцев над реформами по здравоохранению. Пост министра для меня был новостью. Но я долго не раздумывал и сразу согласился. Если лидеры этой страны считают, что я могу чем-то помочь, то отказаться от этого нельзя.
‒ Вас устраивает предложенная зарплата?
‒ Что значит ‒ устраивает или нет? Уровень зарплаты ‒ это то, что нужно менять. Результатом будет то, что работать на государственной службе станет престижно и интересно, а не то, что у кого-то будет мобильный или черная Волга.
‒ О вас рассказывают страшные истории ‒ будто возглавив министерство здравоохранения, труда и социальной защиты Грузии, вы, прежде всего, сократили вдвое больничный персонал?
‒ Это неправда. Начиная с 1996 года, медперсонал не нанимался государством. С того времени все больницы получили полную автономию ‒ как в финансовом, так и в административном плане. Сами больницы были государственными, а менеджмент там был местный и работал на хозрасчете. Украинским врачам, которые работают в таких плохих условиях и за такие мизерные зарплаты, я хочу сказать одно ‒ ситуация не сможет быстро поменяться. Но я уверен, что все шаги, которые мы будем делать, улучшат ситуацию, потому что хуже уже некуда. Например, врачи в зоне АТО, которые сейчас обслуживают в 20-50 раз больше пациентов, чем обычно, получают такую же зарплату, как и до войны. Но это же ненормальная ситуация. Поэтому когда государство перейдет на систему финансирования услуг, а не койко-мест, тогда люди будут получать намного больше. В состоянии войны средства следует тратить эффективнее, но это не значит, что их нужно урезать. Просто те деньги, которые есть у государства, необходимо перенаправлять на нужные вещи, а также искать другие системы финансирования.
‒ Какие системы финансирования вы имеете в виду? Это будет страховая медицина, хозрасчет, официально платная медицина, тарифы на которые устанавливает министерство?
‒ Я не исключаю ни одного из названных вариантов, это все можно делать параллельно. Сейчас самое главное ‒ чтобы система получала дополнительные доходы не только от государства. Медстрахование, конечно, нужно, и к нему необходимо стремиться, но я не уверен, что сейчас вся страна полностью готова переходить на страховку. Дело в том, что в больницах, где должны лечить людей, больше денег тратится на их содержание, чем на качество предоставляемых услуг.
‒ Назовите три приоритета реформ, которые вы будет представлять премьер‒министру Арсению Яценюку в пятницу?
‒ Мне еще надо с людьми посоветоваться (смеется). Здесь нужно делать все очень быстро, но не слишком радикально, чтобы не было никаких социальных взрывов. У министерства будет план развития, по которому мы будем менять систему по нескольким приоритетам. Уже к концу 2015 года можно будет увидеть результаты реформ. Мы будем работать с командой, потому что я хочу, чтобы будущий бюджет уже предусматривал другие принципы работы с людьми. Например, принцип «деньги ходят за пациентом» (финансирование конкретных услуг.‒ А’). Мы будем менять работу с тендерами, чтобы больше не было таких проблем, как осенью (речь идет о провале тендерных закупок, в результате чего министр здравоохранения Олег Мусий был отстранен от исполнения своих обязанностей.‒ А’). Также мы будем «чистить» фармполитику. Например, в прошлом месяце я смотрел цены в ваших аптеках ‒ они на 40% выше, чем в Тбилиси, и это ненормально. В Грузии мы приняли систему параллельного импорта, которая работает и в Англии, и в Германии, и в других странах ЕС. Все препараты, которые зарегистрированы европейскими регуляторами, доступны в Грузии. Мы исходили из того, что те лекарства, которые не убивают немцев, не убьют и грузин. Конечно, это не значит, что лекарства можно просто так завозить в страну, но для них потребуется намного меньше документов и сертификатов.
‒Вы представляете, с каким лобби вы здесь столкнетесь? Готовы ли вы к такой борьбе?
‒ Знаете, это как в том фильме: «Я на то и поставлен, чтобы навести в государстве порядок». Идея как в раз и состоит в том, чтобы очистить систему. Если будут приходить люди и предлагать процент, то они сядут, потом придут ‒ еще раз сядут. У меня ноль интересов. Если фармкомпании будут нормально работать и помогать государству развиваться, то мы будем с ними работать. Если будут предлагать идиотские коррумпированные схемы, то мне это неинтересно. Есть у нас гарантии и правительства, и президента, что они будут помогать нам во всем. Я думаю, что это можно все сделать ‒ ничего в этом трагичного нет.
apostrophe.com.ua